Время Калиты

В целом, политику Калиты трудно не признать правильной – всеми силами привлекать в княжество новых людей, выращивать новую элиту – и хозяйственно-политическую, и духовную. Помогать немощным…

Не так давно выдалась мне возможность прочитать книгу Николая Борисова "Иван Калита" (М.: "Молодая гвардия", 2005). Фигура второго московского князя, одного из основателей российского государства, сама по себе представляет немалый интерес. Особенно – в контексте блестящего рывка, совершенного внуками Калиты – Дмитрием Ивановичем Московским и Владимиром Андреевичем Серпуховским.

Калита

Ивана Даниловича Московского последующие поколения историков представляли как скопидома и жадину. Именно этим объяснялось его прозвище (калита – кошель). Дескать – все в дом, все в дом.

На самом деле, все было строго наоборот. Иван Данилович был человеком щедрым. Само прозвище было связано с тем, что он действительно постоянно носил с собой кошель с мелким серебром и, встретив нищих, раздавал им сколько было. Щедр он был не только к нищим – тянулись на Москву и бояре. Так, например, с Черниговщины понаехали в Москву Бяконты, из которых вышел Святитель митрополит Алексий. Получали налоговые льготы и даже ссуды на обзаведение хозяйством в московских землях крестьяне. Защищал Иван Данилович купцов, помогал монастырям…

Понятно, чтобы раздавать деньги и возить их в Орду, надо было сначала их получить. Понятно, что стонали под Москвой купцы, доставалось и чужим боярам (например, именно в связи с калитиными репрессиями обеднела семья будущего Св. Сергия).

В целом, политику Калиты трудно не признать правильной – всеми силами привлекать в княжество новых людей, выращивать новую элиту – и хозяйственно-политическую, и духовную. Помогать немощным…

#угличнаш

Известно, что Иван Данилович присоединил (главным образом – путем браков своих дочерей с тамошними князьями) Углич, Галич Мерский и Белоозеро. Кроме того, он покупал и выменивал села в разных местах: около Костромы, Владимира, Ростова, вдоль рек Мста, Киржач и даже в Новгородской земле, вопреки новгородским законам, запрещавшим князьям покупать там земли. В общем – "крымнаш" во весь рост.

Читайте также:  Взгляд на Поэта из окна райкома

Понятно, что, не смотря на всю законность этих территориальных приращений, перспективы их не были очевидными. Москва могла и не удержать новоприобретенное. Например, городок Лопасня (современный Чехов) был отписан Иваном Калитой своему сыну Андрею (отцу героя Куликовской битвы серпуховского князя Владимира Храброго), но при Дмитрии Ивановиче был отжат Олегом Ивановичем Рязанским. Потом, правда, его отбили, но все равно, некрасиво получилось.

Предатель

Именно такая характеристика Калиты прослеживается в суждениях многих историков и даже в летописях:

  • против ордынского ига не восставал;
  • перед ордынским ханом стелился;
  • возглавил "Федорчукову рать", направленную против мятежной Твери (с целью, конечно же, ослабить княжество, составлявшее Москве конкуренцию в качестве центра политического объединения);
  • сам ходил  походом на Псков, где нашел  убежище  беглый тверской князь и вынудил его бежать еще дальше – в эти ваши европы;
  • в конце концов, наветами довел Александра Михайловича Тверского до страшной смерти в Орде…

На самом же деле не все было так однозначно.

Прежде всего, при хане Узбеке и сыне его – Джанибеке, Золотая Орда была на пике своего могущества. Вольно было Дмитрию Ивановичу воевать с Ордой, ослабленной четвертьвековой "великой замятней" и расколотой минимум на две части. А в первой половине века против Орды особо не забалуешь.

Москва не имела еще достаточных ресурсов для объединения вокруг себя русских княжеств, да и сами княжества все вместе вряд ли имели возможности для противостояния еще единой и сильной Орде.

Печальная участь Твери и самого Александра Михайловича Тверского (равно, как его отца и сына) была обусловлена безответственной и даже авантюрной политикой самих тверских князей. Инициатором разгрома Твери был, понятно, Узбек – тверичи очень сильно провинились перед Ордой, уничтожив татарский отряд и перебив ордынских купцов. Если бы Иван Данилович отказался, командующий для орды все равно нашелся бы, только вместе с Тверью сгорела бы и Москва…

А так – политика Калиты позволила обеспечить более чем 40-летнюю «великую тишину», которая, вместе с ордынской "великой замятней", когда за четверть века сменилось четверть сотни ханов, обеспечила восстановление и увеличение людских и материальных ресурсов русских земель.

Читайте также:  Год 1941-й. Мы долго молча отступали

Идеология

Научный метод, при помощи которого Николай Борисов пытается восстановить логику действий героев своего повествования, достаточно оригинален. Во всяком случае, я не сталкивался еще со столь глубоким и последовательным его применением.

Автор обращается к православным богослужебным книгам, и, демонстрируя достойную восхищения эрудицию, приходит к интересным результатам. Ему удается обосновывать и символику имен, и мотивацию действий, и угадывать даты событий. Разумеется, все эти выводы принципиально непроверяемы, но выглядят весьма убедительно.

Если честно, я в полной продуктивности этого метода не уверен. Все же, русская православная традиция была густо замешана на дохристианских верованиях, которые окончательно были вытеснены в сферу сказок в XVIII-XX веках. Другое дело, что мы не знаем, как именно взаимодействовали православная и языческая традиции (мы и содержания-то языческой традиции представляем себе не слишком глубоко), но, дозволенное романисту Дмитрию Балашову, не дозволено историку Николаю Борисову.

Самое интересное, на мой взгляд, то обоснование, которое подводит автор под пресловутое "предательство" Ивана Калиты. Он ссылается на определение Ветхого Завета, в соответствии с которым вавилонский плен иудеев – наказание Господне. Соответственно, выступать против царя Навохудоносора – выступать против воли Господней. Со всеми вытекающими последствиями.

Автор об этом прямо не говорит, но подразумевается, что эта идеология принципиально не могла привести к Куликову полю. Просто эта часть завета Ивана Даниловича до Дмитрия Ивановича банальным образом не дошла (если Иван Данилович, разумеется, в принципе исповедовал такую идеологию). То ли сыграла свою роль безотцовщина (Иван Иванович Красный умер, когда Дмитрию было всего 9 лет), то ли то, что духовные наставники Дмитрия, Св. митрополит Алексей и Св. Сергий Радонежский, придерживались какой-то другой концепции.

P.S.: Иногда я задаюсь вопросом – не является ли нынешнее время своеобразным "временем Калиты"? Периодом накопления сил и идей с тем, чтобы реализовать их на каком-то очередном Куликовом поле? Это относится ко всем странам и народам, поскольку тупиковость нынешнего мирового режима очевидна.

Читайте также:  Последний Рюрикович или Царь-неудачник

РИА Новости Украина

Leave a Reply