«Вокруг Булгакова»: загадочный депутат Бубликов

В 1923 году Булгаков писал очерке «Киев-город»: «легендарные времена оборвались, и внезапно, и грозно наступила история. Я совершенно точно могу указать момент её появления: это было в 10 час. утра 2-го марта 1917 г., когда в Киев пришла телеграмма, подписанная двумя загадочными словами: Депутат Бубликов». Что же это за телеграмма, и кто её автор?
Странно, но в творчестве Булгакова более депутат Бубликов не фигурирует. То ли писатель не дал себе труда выяснить, кто это (хотя во время работы в «Гудке» такие возможности у него были), то ли просто не интересен был ему этот персонаж…Почему он загадочный? В основном потому, что избранный в Пермской губернии депутат Госдумы от фракции прогрессистов Александр Александрович Бубликов никакого отношения к Киеву не имел. Да и телеграмма его была адресована, собственно говоря, не киевлянам, а железнодорожникам, к которым они имел отношение самое непосредственное.

Вообще же Бубликов был одной из ключевых фигур заговора, который привёл к краху самодержавие и чуть было не привёл к краху государственность в России. Фигурой незаслуженно забытой, хотя его роль была сравнима с ролью Гучкова и Милюкова и неизмеримо выше роли Ленина или какого-нибудь Петлюры.

Уроженец Санкт-Петербурга Бубликов окончил столичный институт путей сообщения и занялся строительством железных дорог. По тем временам при должной оборотистости дело это было необычайно выгодное, позволявшее стяжать огромные состояния. И так же быстро их потерять. Примером того и другого служит известнейший меценат Савва Мамонтов, финансировавший работу братьев ВаснецовыхМихаила ВрубеляВалентина СероваФёдора Шаляпина и многих других деятелей культуры.

Бубликову тоже повезло разбогатеть на строительстве железной дороги Москва-Казань-Екатеринбург и в качестве директора Ачинско-Минусинской дороги. Последнюю он возглавил благодаря знакомству с Алексеем Путиловым — владельцем Русско-Азиатского банка, бывшего основным акционером дороги. Правда, свои средства направил не в культуру, а в геологические изыскания на Урале, а потом занялся политикой. Помогли ему широкие знакомства в промышленных кругах и членство в одной из масонских лож.

Читайте также:  «Вокруг Булгакова»: попы живые, неживые и разновсякие

Бубликов входил в состав межведомственной Комиссии по выработке плана развития железнодорожной сети России и опубликовал ряд статей о проблемах развития железнодорожного транспорта. В 1912 году он стал депутатом Госдумы от Прогрессивной партии, представлявшей интересы крупного капитала (среди её спонсоров — Александр КоноваловИван Ефремов, братья Рябушинские).

В 1917 году он, вместе с бывшим членом РСДРП и масоном, профессором Юрием Ломоносовым, был одним из ключевых организаторов хлебного дефицита в Петрограде, который послужил поводом к началу массовых выступлений.

В качестве комиссара Временного комитета Государственной Думы и директора российских железных дорог 28 февраля (13 марта) 1917 года Бубликов был направлен в Министерство путей сообщения. Попав в министерство, первым делом он арестовал министра Эдуарда Кригер-Войновского и использовал железнодорожный телеграф (минтранс имел отдельную систему связи), чтобы разослать начальникам всех железнодорожных станций подписанную председателем Госдумы Михаилом Родзянко телеграмму:

«Железнодорожники!

Старая власть, создавшая разруху во всех областях государственной жизни, оказалась бессильной. Комитет Государственной Думы, взяв в свои руки оборудование новой власти, обращается к вам от имени отечества: от вас теперь зависит спасение родины. Движение поездов должно поддерживаться непрерывно с удвоенной энергией. Страна ждет от Вас больше чем исполнение долга — она ждет подвига.

Слабость и недостаточность техники на русской сети должна быть покрыта вашей беззаветной энергией, любовью к родине и сознанием своей роли транспорта для войны и благоустройства тыла».

Интересно, что, по словам самого Бубликова, «в обращении этом слова "старая власть пала", которыми оно начиналось, Родзянко заменил словами "старая власть оказалась бессильной", — настолько ещё в это время в Думе не верили, что революция уже свершилась, и к прошлому возврата нет».

Эта телеграмма была 1 (14) марта получена на Киевском вокзале и на следующий день была опубликована в киевских газетах.

Что характерно, на этот момент Николай II ещё не отрёкся от престола, не говоря уже о его брате Михаиле, но Бубликов знал лучше… Тем более, что именно он, вместе с Ломоносовым, ночью пытался остановить царский поезд, следовавший из Могилева в Царское Село. Поезд, в конце концов, в Царское Село не приехал, несмотря на то, что приказания Бубликова железнодорожники продинамили.

Читайте также:  «Вокруг Булгакова»: в роли Жюля Верна

Более того, военное командование пыталось перехватить контроль над железными дорогами — начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал-адъютант Михаил Алексеев отдал приказание, что он принимает управление всеми железными дорогами на себя через товарища министра путей сообщения на театре военных действий генерал-майора Владимира Кислякова. Кисляков, однако, сам сочувствовал революции, был единомышленником Александра Гучкова и высказался за сохранение статус-кво.

2 (15) марта в Пскове, получив просьбы командующих фронтов и флотов, а также убеждённых монархистов — представителей Госдумы Александра Гучкова и Василия Шульгина, Николай подписал Акт об отречении. Сообщение об этом в Киеве было напечатано 3 марта, так что в принципе Булгаков мог иметь в виду и эту телеграмму (тем более, что она была подписана Бубликовым, а не Родзянко). В любом случае писатель в это время был не в Киеве, а в Саратове — у родителей жены.

В своей изданной в феврале 1918 года книге «Русская революция» Бубликов писал: «достаточно было одной дисциплинированной дивизии с фронта, чтобы восстание было подавлено. Больше того, его можно было усмирить простым перерывом железнодорожного движения с Петербургом: голод через три дня заставил бы Петербург сдаться. В марте ещё мог вернуться царь. И это чувствовалось всеми: недаром в Таврическом дворце несколько раз начиналась паника». Впрочем, именно усилиями Бубликова и Ломоносова направленный в Петроград сводный отряд генерал-адъютанта Николая Иванова вынужден был остановиться в Царском Селе, а подхода других войск он не дождался.

Генерал Иванов позже выехал в Киев, где был арестован Советом офицерских и солдатских депутатов. Арестом и препровождением генерала в Петроград руководил муж сестры Булгакова Леонид Карум, о чём он отчитался перед Советом 11 марта. Несколько десятилетий спустя в мемуарах он писал: «мне хотелось выразить старому генералу всю мою симпатию к нему и показать, что не все из окружающих являются его врагами. Я взял его руку, наклонился и хотел поднести ее к губам». Карум хотел показать своё благородство, но жест этот выглядел обычным приспособленчеством - а ну как старый генерал опять окажется властью?

Читайте также:  «Вокруг Булгакова»: «я, пожалуй, князь, да. А что тут удивительного?»

В созданном 2 марта Временном правительстве Бубликову предложили пост товарища (заместителя) министра путей сообщения, но он оскорбился и встал в позу — кому как не ему быть министром? Министром же стал Николай Некрасов, которого Бубликов презирал как далёкого от жизни интригана и демагога, но который занимал значительно более высокое положение в масонской иерархии.

Зато Бубликов не отказался поучаствовать в аресте Николая II в Могилеве 8 (21) марта. Что характерно, теперь его задача была прямо противоположной — несколькими днями ранее он препятствовал переезду императора в Царское Село, теперь же организовывал этот переезд.

Роль, которую сыграл Бубликов в перевороте, не дала ему включиться в работу новой власти. Летом 2017-го Бубликов участвовал в работе Экономического совета, созданного Временным правительством для разработки «общего плана организации народного хозяйства и труда». Во время Государственного совещания летом 1917 года он резко критиковал политику Временного правительства и персонально Александра Керенского.

Кончилось всё тем, что в сентябре 1917 года он выехал в Париж. Очень вовремя, надо сказать.

В Париже он продолжал вести политическую деятельность — в 1920 году был избран во временный исполнительный Комитет за границей, а в 1921 году участвовал в работе съезда Русского национального объединения.

Позже перебрался в США, где и умер в январе 1941 года, лишь немногим пережив Булгакова.

 

P.S.: Булгаков масонством, конечно, интересовался, но многие современные авторы, вроде Бориса Соколова или Геннадия Смолина, этот интерес преувеличивают до масштабов поистине эпических. Думается, о масонстве Бубликова писатель не подозревал.

P.P.S.: Нам не удалось найти никаких связей между депутатом Бубликовым и персонажем «Служебного романа». Кроме фамилии.

Leave a Reply