«Вокруг Булгакова». Василиса – не Василиса

«Ночь. Василиса в кресле. В зеленой тени он чистый Тарас Бульба. Усы вниз, пушистые – какая, к черту, Василиса! – это мужчина», – так описывает своего персонажа Василия Лисовича Булгаков в «Белой гвардии»
Прототип Василисы действительно был усат (кроме того — бородат) и владел домом №13 по Андреевскому спуску. На этом сходство заканчивается

 

Персонаж

Итак, кто такой Василий Лисович? Это владелец дома №13 по Алексеевскому (так в романе) спуску. Живёт он на первом этаже дома, второй этаж — сдаёт. Это, кстати, общая практика владельцев небольших доходных домов в Киеве. Точно так же Булгаковы жили на Кудрявской улице (в этом доме сейчас находится киевский музей А.С. Пушкина). Человек он довольно неприятный — жадный, трусливый, недалёкий и недолюбливающий своих квартирантов.

Прозвище «Василиса» появилось из-за того, что он «сменил свой четкий почерк и вместо определенного "В. Лисович", из страха перед какой-то будущей ответственностью, начал в анкетах, справках, удостоверениях, ордерах и карточках писать "Вас. Лис."». А придумано оно было Николкой, который неудачно пошёл отоварить полученные у Лисовича талоны на сахар и попал под обстрел — дорого ему достался «василисин сахар».

В общем, Михаил Афанасьевич не пожалел мрачных красок, чтобы показать своё негативное отношение к персонажу.

Кстати, забавный момент — в ранней редакции романа есть эпизод, когда Лисович дежурит во дворе, чего-то пугается и поднимает шум не по делу. Есть основания полагать, что этот момент действительно имел место (но не обязательно с прототипом персонажа) и был положен в основу комической миниатюры «Самооборона», поставленной Булгаковым во Владикавказе.

 

Прототип

Куда интереснее прототип Василисы — Василий Павлович Листовничий.

Сам Василий Павлович родился в 1876 году в Киеве, в разорившейся купеческой семье. Его дед — Василий Васильевич, был богат, на Олеговской улице ему принадлежал целый квартал домов, на Глубочицкой — склады. Имел магазин рессорных экипажей на Крещатике. Занимался благотворительностью, построил церковь на Подоле (по утверждению Анатолия Кончаковского речь шла о достройке колокольни церкви Николы Притиска около Житнего рынка), был почётным гражданином Киева. В конце XIX века склады сгорели. После этого семья своего богатства восстановить не смогла.

Читайте также:  Новая социология: Скандалы ударили по Порошенко, но пока не трагично

Не менее интересной была его семья в браке — 25-летний техник строительного отделения губернского правления Листовничий женился на 38-летней Ядвиге Викторовне Крынской. Её дедом по матери был военный руководитель польского восстания 1830 года, генерал граф Иосиф Хлопицкий, а её двоюродный брат Витольд Малишевский — первый ректор Одесской консерватории.

В 1901 году Листовничий окончил институт гражданских инженеров в Санкт-Петербурге и активно занимался строительством на Украине. Построенные им здания есть в Виннице (модерновый дом капитана Черткова), Остроге (женское училище), гимназии в Конотопе и Брацлаве. Листовничий участвовал в возведении павильонов Всероссийской сельскохозяйственной и промышленной выставки 1913 года.

В 1911 году он стал архитектором Киевского учебного округа (Киевская, Подольская, Волынская, Черниговская, Полтавская губернии), кроме того, у него была частная строительная контора.

В 1915 году, во время отступления российских войск, Листовничего назначили начальником III укрепрайона Юго-Западного фронта, и он строил оборонительные сооружения на подступах к городу.

Кроме всего прочего, Листовничий преподавал в школе строительных десятников и художественном училище, был автором нескольких прикладных книг и курса строительной механики.

Он вообще был большим любителем книг и к старости намеревался открыть букинистический магазин. Писал «Историю Польши» и «Матери великих людей» (обе рукописи были отобраны ЧК и пропали). Интересно, что в «Белой гвардии» факт наличия у Лисовича библиотеки отражён, а вот наличие в квартире Турбиных отдельной комнаты-библиотеки не соответствует реалиям квартиры Булгаковых.

Не удивительно, что его заслуги были отмечены званием почётного гражданина города и чином титулярного советника (соответствовал штабс-капитану пехоты), который давал право на личное дворянство (воспользовался ли им Листовничий — неизвестно, если и да, то его потомки в советское время это не рекламировали).

В общем Василий Павлович был человеком может менее популярным, чем его коллеги Владимир Николаев или Владислав Городецкий, но ничуть не менее уважаемым.

 

Листовничий и «дом Турбиных»

В 1909 году Василий Павлович купил дом №13 по Андреевскому спуску и ещё три соседних дома у купца Мировича.

Читайте также:  Кадровые переговоры в Киеве: взгляд анонимусов

Тут надо помнить, что дореволюционная Россия была страной преимущественно неграмотной, людей с высшим образованием было мало, подготовка у них — исключительная, а ценились они высоко. К тому же инженеры ведали не только строительством, но и всем комплексом работ, так что жили они не только на зарплату, но и на прибыль от реализованных проектов (правда и ответственность несли в том числе финансовую). В общем, Листовничий был человеком далеко не бедным.

Усадьба покупалась вместе с жильцами. Помимо Булгаковых и Листовничих в восьми квартирах проживало около 70 человек. В подвальном помещении находилась бакалейная лавка купца Шайтера. В центральном доме усадьбы проживала семья генерала Комарницкого, а в подвале его дома была квартира дворника. В третьем флигеле жила семья коммерсанта Гробинского. В одном из флигелей находилась типография Союза Михаила Архангела, которую Листовничий сразу же выселил.

В 1909 году Булгаковы уже три года жили в этом доме, причём отец писателя — Афанасий Иванович, умер до покупки дома Листовничим. Правда, Варваре Михайловне Булгаковой удалось довольно легко договориться с новым хозяином — кажется даже без повышения арендной платы. Впрочем, дела семьи были устроены так, что после смерти кормильца Булгаковы оказались даже в лучшем материальном положении — пенсион платился из расчёта зарплаты профессора, хотя это звание Афанасий Иванович получил перед смертью.

Новый энергичный хозяин произвёл перепланировку усадьбы: раскопал участок со стороны двора и под двором построил новое кирпичное помещение; организовал конюшню с парой лошадей и экипажем; часть веранды Булгаковых перепланировал под лестницу на чердак; склон горы обсадил кустами сирени и акации, чтобы защититься от возможного оползня.

Понятно, всё это лишило арендаторов покоя. Сами понимаете — шум, пыль, слоняющиеся по делу и без дела рабочие… Кстати, веранда квартиры Булгаковых — практически продолжение того самого двора, где велись работы. Так что у них были основания быть недовольными деятельным хозяином.

Кроме того, добавился прямой конфликт — в Киев перевезли из Чернигова больную открытой формой туберкулёза мать Листовничего, и он, боясь заразить жену и дочь, попросил у Варвары Михайловны во временное пользование комнату Михаила: «там был сделан отдельный вход, с улицы, так что с Булгаковыми бабушка не общалась совершенно. В июле она к нам переехала, а в октябре уже умерла… Варвара Михайловна дала согласие, а Мишка наговорил дерзостей». Впрочем, понять Михаила Афанасьевича тоже можно — у них в семикомнатной квартире жило по меньшей мере 11 человек, в то время как у Листовничих в семикомнатной же — четыре.

Читайте также:  Пчёлы, глэчики и гиднисть. Обманувшему всех Ющенко - 66

 

Смерть героя

В 1919 году, когда Киев был в очередной раз взят Красной армией, Василий Листовничий был, как представитель класса эксплуататоров, взят в заложники и содержался в Лукьяновской тюрьме.

По семейной легенде, накануне отхода красных Листовничего трижды водили на расстрел. В одной из камер Лукьяновской тюрьмы позже его дочь Инна Васильевна нашла нацарапанную на стене надпись: «В ночь на 31.VII.19 г. без обвинения, суда и следствия расстрелян гражданский инженер В.П. Листовничий».

Его, однако, не расстреляли, а 14 августа вместе с группой других заложников посадили на пароход и повезли на север вверх по течению по реке Припять в концлагерь.

Со слов участника событий, инженера Нивина, он и Листовничий пытались бежать ночью с парохода. Нивин доплыл до берега, а Листовничий, скорее всего, был убит.

Позже Инна Кончаковская (Листовничая) говорила, что, если бы Булгаков знал о смерти её отца, он бы никогда не описал его так, как это было сделано в романе.

Увы, тут следует повторить вопрос великого комбинатора над могилой Михаила Самуэлевича Паниковского — «был ли покойный нравственным человеком»? Увы, Михаил Афанасьевич нравственным человеком не был, не терпел в других людях свои собственные недостатки и часто был к ним несправедлив.

Нам же стоит иметь в виду, что общего у Лисовича и Листовничего — усы и статус домовладельца.

 

P.S.: В процессе подготовки этого материала автор познакомился со статьёй украинской писательницы Оксаны Забужко, в которой та противопоставляет «казака» Листовничего «орловским приблудам» Булгаковым.

Вообще потрясающее самомнение — приехать из польского Лемберга в русский Киев и рассказывать, кто тут гость, а кто хозяин. Но, увы, это уже не первое десятилетие норма украинской жизни… А российского инженера Листовничего открытия Забужко позабавили бы…

Leave a Reply