Почему не состоялось союзное государство?

Когда в 1997 году был подписан Договор о Союзе Беларуси и России, казалось, что через несколько лет белорусское государство прекратит самостоятельное существование. Непонятно только было, что будет на его месте – республика «СССР 2.0» или губерния новой Российской империи. Но прошло почти четверть века, а Белоруссия и ныне там. Что пошло не так?
Сейчас проблема совместного существования России и Белоруссии стала несколько менее актуальной, но она никуда не делась. Так или иначе, но проблему наполнения новым смыслом Союзного государства, формально учреждённого в 1998 году, надо будет решить. Хотя бы просто потому, что двадцатилетнее стояние в вопросах интеграции выглядит уже просто неприлично.

Однако на пути объединения стоит множество проблем. Перечислим хотя бы некоторые из них.

Формат объединения

Тут, собственно, два варианта — либо единое государство, в которое Белоруссия входит в виде отдельных областей (или одного края, хотя такой вариант, кажется, не рассматривается), либо союз в духе СССР 2.0 или ЕС.

И тут, увы, проблема по сути неразрешимая — выбирать в общем-то не из чего.

Вариант вхождения Белоруссии в состав России представляется наиболее естественным стратегически, но ему мешает то, что он сильно опоздал.

Белорусы привыкли к статусу отдельного народа, с отдельной историей, культурой и отдельным языком. Точно также за последние сто лет (БССР была создана 31 июля 1920 года) они привыкли к существованию в статусе независимого государства. Да и с точки зрения российского законодательства белорусы — отдельный народ, а значит, ему нужна автономия. Хотя население российских автономий заметнее отличается от русских, чем белорусы.

Конечно, привыкла в основном творческая интеллигенция. Но, во-первых, её мнение тоже не стоит игнорировать — достаточно посмотреть на российскую творческую интеллигенцию, которая всё никак не может вырасти из времён Ельцина. Во-вторых, прежде чем утверждать обратное, неплохо было бы поинтересоваться мнением самих белорусов. Мы не уверены, что референдум о присоединении к России даст ожидаемый сторонниками этого варианта результат (впрочем, есть подозрение, что это и является их целью). Кстати, мнение россиян тоже неплохо было бы спросить.

Читайте также:  Украина остановилась. Первый день транспортного апокалипсиса

Вариант союза государств не рассматривается прежде всего из-за позиции Владимира Путина, который считает, что идеи Ленина были бомбой, заложенной под Российское государство.

Тут с российским лидером можно было бы и поспорить. С одной стороны, несмотря на формально равноправный характер СССР, фактически национальные республики были низведены до уровня автономий. С другой стороны, в Российской империи Украина, например, никак выделена не была, что совершенно не помешало ей сформировать в 1917-20 годах несколько вариаций национальной государственности с разной конфигурацией границ.

Мы, впрочем, желания спорить не имеем, в основном потому, что с федеративными объединениями национальных государств в современном мире как-то не сложилось, — форма того же ЕС явно временная и не устраивает наиболее богатые страны союза. Так что там тоже будут идти интересные процессы, которые нам пока плохо видны из-за отсутствия исторической дистанции. Более того — даже в США началась непонятная толкотня, которую многие эксперты считают предвестником гражданской войны.

Так что воспроизведение СССР 2.0 или ЕС — явно временное решение, и не факт, что этот эксперимент будет стоить сил и средств, на него затраченных.

Позиция элиты

За прошедшие десятилетия и в России, и в Белоруссии сформировались свои политические элиты. И их позиция очень важна — без их согласия ничего объединить не получится.

Напомним, что окончательная интеграция Малороссии в Российскую империю произошла тогда, когда малороссийское дворянство (как шляхта, так и казачья старшина) окончательно было уравнено в правах с великороссийским.

Но тут есть одно «но» — в XVIII веке проблема решалась сравнительно легко, поскольку у дворян был источник средств к существованию — земля и служба. Сейчас всё сложнее.

Положение современной белорусской элиты определяется её контролем над государственным сектором белорусской экономики. Российская экономика более либеральная, в ней велика роль крупного национального капитала, но и тут крайне высокую роль играет контроль над госсектором экономики.

Уравнение в правах белорусской управленческой элиты будет предполагать, с одной стороны, допуск российских специалистов к контролю над белорусскими государственными предприятиями и целыми секторами экономики, а с другой — допуск белорусов к управлению российским государственным бизнесом.

Читайте также:  Виноград на Висле. Польша решила не стать пустыней

Причём это условие обязательное, независимо от избранного формата объединения. В СССР, например, представители трёх славянских республик были практически равноправными — один из секретарей комитета партии в национальных республиках повсеместно был славянин, причём без разницы — русский, украинец, белорус или… еврей.

Между тем, для элит обеих стран госсектор — место «кормления», и допуск «чужих» означает сокращение мест для «своих». Причём если для россиян этот момент будет не столь существенным, то для белорусов это будет катастрофа. Тем более что белорусская экономики значительно меньше российской, и реформироваться придётся преимущественно ей.

Это мы не затрагиваем тему сочетания политических элит. Достаточно вспомнить, какие в конце прошлого века были конспирологические версии относительно того, кто же возглавит Союзное государство. Тогда даже говорили об Александре Лукашенко как о преемнике Ельцина.

Социальный сектор

И российское, и белорусское государства вполне могут претендовать на статус «социального». Во всяком случае и для россиян, и для белорусов доступен очень широкий круг социальных услуг.

Однако построены системы эти по-разному.

Например, белорусская медицина чисто государственная, в основном копирующая советскую систему.

Российская государственная система формально основана на обязательном медицинском страховании.

Для потребителя услуг разница на практике не так уж велика. В России и в Белоруссии граждане имеют практически равный доступ к медицине. Проблемы и там, и там имеют иностранцы, но они вполне решаемы.

Дело, собственно, в другом. О обеих странах есть свои собственные алгоритмы функционирования медицинской, пенсионной, образовательной и других систем.

Казалось бы, вопрос чисто технический, решаемый в рабочем порядке, но не всё так просто. Прежде всего совершенно непонятно, каких финансовых вливаний потребует объединение этих систем и не вызовет ли оно дефицита средств и снижения стандартов в обеих странах.

Это в 1922 году было легко объединяться, ведь страны были частью общего пространства с едиными стандартами, а уровень жизни всюду после Гражданской войны был низким.

Резюме

Читайте также:  Этот многоликий «план Б» для Донбасса

В общем, главной проблемой объединения является отсутствие даже самого по себе представления о том, каким должно быть союзное государство России и Белоруссии.

Для того чтобы их объединить, нужен привлекательный для обеих стран проект, чёткое понимание того, что, зачем и как строится. Сейчас такого проекта нет.

Более того, российское руководство, в конечном итоге, полностью устраивает нынешнее положение, когда белорусское руководство продолжает свою собственную политику (включая «бархатную» белоруссизацию и такую же евроинтеграцию), но не разрывает отношений с Россией постольку, поскольку это выгодно Белоруссии.

Но дело как раз в том, что белоруссизация и евроинтеграция рано или поздно приведут к приходу к власти тех политических сил, которым будет наплевать на интересы Белоруссии и которые будут враждебны по отношению к России. Безусловно, в России есть политики и интеллектуалы, считающие, что для России это приемлемый вариант, — определённая враждебность лучше многовекторности.

Они только забывают, что упрощение — это деградация. И на все сложные вопросы всегда есть простые, понятные, неправильные ответы.

Leave a Reply