Отставка Суркова, вечные интересы и тектонические сдвиги

Объявленная (но официально пока не подтверждённая) отставка Владислава Суркова с формулировкой «в связи со сменой курса на украинском направлении» вызвала активную дискуссию относительно того, кто займёт его место и, главное, как изменится упомянутый курс. Естественно, наиболее активно обсуждает этот вопрос заинтересованная сторона — Украина
 Тут есть две основные точки зрения — «зеленоботская» и «порохоботская».

Два взгляда на «смену курса»

Первая представлена телеграм-каналом «Резидент», который исполнен оптимизма:

— «Андрей Ермак сегодня преподнёс царский подарок для Владимира Зеленского. (…) Ермак уже доложил президенту Украины, что основное препятствие на пути реализации #формулыЗеленского ликвидировано, а отставка Суркова позволит реализовать апгрейд минских соглашений. (…) Реинтеграция Донбасса будет проходить на условиях украинской стороны, а не Москвы».

— «Для нашей страны самое главное чтобы Андрей Ермак смог договориться с Дмитрием Козаком по апгрейду минских соглашений и начать реинтеграцию Донбасса в Украину. (…) Подготовка к встрече лидеров Нормандского формата в Берлине активно ведётся с начала года, а после отставки Суркова приобретёт другой смысл. Россия желает снять санкции с себя любым способом, её экономика находится в крутом пике, а возврат Донбасса в Украину позволит выполнить обязательства по минским соглашениям».

Возможность развития ситуации по такому сценарию признавал ранее близкий к Суркову российский аналитик Алексей Чеснаков: «Мне кажется, они по-разному видят конечную цель Минского процесса и по-разному читают Минские соглашения. Козак судит с экономической точки зрения. Экономически, чтобы вывести Донбасс из послевоенного шока, нужно много инвестиций. Вопрос, кто будет нести эти расходы? (…) Он ответит: кто угодно, только не мы».

«Порохоботы», напротив, ничего хорошего в перестановках не видят, поскольку уверены, что смысл украинской политики России в том, чтобы вредить украинскому государству.

Вот, например, мнение экс-главы МИД Павла Климкина: «Не надейтесь, что станет лучше. Сурков не хотел договариваться вообще ни о чём, а теперь нам будут активно и жестко навязывать российские условия. С очевидными последствиями».

Читайте также:  Идеальный план действий для Петра Порошенко

Примерно того же мнения придерживается депутат от «Слуги народа» Богдан Ярёменко: «Информационные спецоперации, купленные лидеры общественного мнения или финансированные политические силы, поддержка режимов ОРДЛО, "закрытый крымский вопрос" — это всё останется. Возможно, их чаще будут дополнять закидыванием больших комплексных (и даже письменных) предложений с обещанием перспектив экономических выгод от нормализации политических отношений».

Согласны с этим и более умеренные украинские аналитики, в том числе настроенные на нормальные отношения между странами. Павел Рудяков, например, резонно указывает: «Глобально политика (…) меняться не будет. Сурков был лишь реализатором стратегических задач, принятых по Украине российским руководством».

Мы в целом склонны согласиться с таким мнением.

При всём уважении к Чеснакову указанные им противоречия в позициях могли быть связаны с тем, что Сурков и Козак занимались разными вопросами — политикой и экономикой. Естественно, в той части, где эти направления не совпадают, происходит конфликт.

Но значит ли это, что конфликт продлится в случае, если в руках Козака объединятся экономическая и политическая составляющие? Украинский журналист Максим Равреба на всякий случай напоминает: «Дмитрий Козак уже был решалой в Молдавии с ПМР в 2003 году. ВОТ ХИТРЫЙ ПЛАН КОЗАКА: 1. Федерализация Молдовы. 2. Особый статус ПМР и Гагаузии. СРАВНИВАЕМ С ХИТРЫМ ПЛАНОМ СУРКОВА: 1. Федерализация Украины. 2. Особый статус ДНР и ЛНР. Пока ищите отличия, я напомню, что в январе 2018 года уже публиковался Меморандум Козака с таким же хитрым планом». Вы таки нашли отличия? Мы тоже нет.

Вечные интересы

В действительности политика в отношении соседних государств стратегически определяется не Козаком и Сурковым и даже не Путиным и Лавровым, а комплексом обстоятельств и интересов.

Вот, например, интерес российского бизнеса на Украине. В России нет олигархов? Примем на веру. Но Россия — капиталистическая страна. А капиталистическое государство должно заботиться об интересе своего капитала, пока это возможно.

Например, у «Газпрома» есть интерес качать газ. Это очень важный интерес — он прямо отражается на наполняемости госбюджета России и курсе национальной валюты (на самом деле это не совсем так, но Путин хочет, чтобы со стороны выглядело именно так, — обычная маскировка). Потому, пока полноценная альтернатива отсутствует (а даже после запуска всех ныне строящихся обходных трубопроводов определённый дефицит транзитных мощностей сохраняется), Россия будет стараться сохранить отношения с Украиной в такой форме, которая позволяет продолжить использование украинской ГТС. Кстати, интерес Украины точно такой же, потому войну никто объявлять не спешит, несмотря на все вопли об «аннексии украинского Крыма».

Читайте также:  Козак — Ермак: новый формат в отношениях Путина с Зеленским

Кстати, забавная историческая справка, проливающая свет на некоторые механизмы «гибридной войны» (что бы этот термин ни означал).

На протяжении всего времени эксплуатации в ВВС Ирана истребителей F-4 «Рhantom» (т.е. по сей день включительно) в поддержании парка этих самолетов в боеспособном состоянии неоценимую помощь оказывал… Израиль. Именно из Израиля шли запчасти, готовые ракеты «Sparrow», техническая документация (в том числе о новейших модификациях оборудования). Всё это делалось якобы в частном порядке — благодаря личным отношениям офицеров, завязавшихся еще при шахе. Правда, спецслужбы обеих стран удивительным образом всего этого не замечали. Хотя при этом власти обоих государств считают свои страны на настоящий момент самыми заклятыми врагами. Но тут, как говорится, бизнес и ничего личного, то бишь государственного…

А во время ирано-иракской войны был случай ещё более удивительный — в Иран были командированы израильские специалисты для того, чтобы принять участие в переделке зенитной ракеты комплекса «Hawk» в дальнобойную ракету «воздух-воздух» для истребителей «Tomcat». США в свое время позаботились о том, чтобы не допустить иранцев к обслуживанию ракет «Phoenix», а продажа этих ракет после революции была запрещена. Потому они больше падали, чем летали. Проект закончился успешно, иранцы даже сбили новой ракетой иракский самолет (во всяком случае они так утверждают).

Такая вот гибридная война: одной рукой планируем бомбёжку иранских реакторов, другой — обеспечиваем их ПВО.

А ведь отношения Израиля и Ирана значительно более острые, чем отношения России и Украины…

Тектонические сдвиги

Есть обстоятельства еще более общие. В своё время писатель Василий Аксёнов писал в романе «Остров Крым»: «Советская система, как это ни странно, малоуправляема по сравнению с западными структурами, ею движут зачастую малоизученные стихийные силы, сродни тектоническим сдвигам».

Если заменить слово «советский» на «российский», всё становится на свои места. Россия — это действительно отдельная цивилизация, которой управляют неизученные социологами и политиками законы. Проявление их действия можно только угадывать.

Читайте также:  Война спецслужб Украины. Три главных вопроса настоящего момента

Поэтому суждения об отсутствии стратегии в украинском направлении не вполне справедливы. Просто речь идёт о стихийных явлениях, плохо формулируемых в политологических понятиях и не вполне соответствующих формальной логике.

А уже конкретная реализация этих «тектонических сдвигов» — дело реальной политики. Но ведь и она тоже во многом стихийна. Российский государственный аппарат реагирует на вызовы в соответствии с моделями, заложенными ещё во времена Великого княжества Московского, копируя их, возможно, даже неосознанно (впрочем, в современной фантастической литературе существует предположение, что сложные общественные структуры могут иметь свой нечеловеческий разум).

В данный момент эта «тектоника» направлена на то, чтобы стабилизировать окружающее Россию геополитическое пространство в формате либо враждебных, но очень слабых режимов, из-под которых разбегается население, либо частей России. Самое интересное, что нынешнее российское руководство вовсе не рвётся расширять территорию за счёт снижения уровня жизни россиян и сокращения инвестиций в российскую инфраструктуру. Именно потому так странно развивается конфликт с Белоруссией — создаётся впечатление, что Россия сознательно подталкивает Бацьку к антироссийскому выбору. Но на самом деле нет. Просто в привычных архетипах российского государства никаких подобий равноправного (точнее — псеводоравноправного) сотрудничества вроде Европейского Союза нет. А предложить полную интеграцию Россия на самом деле не готова.

И вот только на уровне совсем уж точечном появляются модели вроде «федерализации» и «особого статуса», которые, возможно, отражают сущности какого-то более высокого порядка, возможно, конкретные интересы (кстати, с точки зрения транзита газа федерализация не самая лучшая идея), а скорее всего — конкретные предпочтения конкретных лиц. Но это опять же не исполнители, а те, кто определяет политику. В конечном итоге Путин и не слишком широкий круг людей, мнению которых он доверяет.

А вы говорите — отставка Суркова…

Leave a Reply