Из истории московских Майданов

Рецензия на книгу: Вячеслав Козляков «Лжедмитрий I». – М.: «Молодая гвардия», 2009.

На самом деле, история Лжедмитрия – совершенно потрясающая. Пришел человек с улицы, сказал – «я – царь», ему все поверили и посадили на царский трон. Потом, правда, ссадили и выстрелили им из пушки. Но все равно, уму непостижимо, – как?

Собственно, насчет «человека с улицы» – не совсем правда. Хотя и непонятно до конца, кем же был Лжедмитрий. Большинство историков согласны с тем, что Лжедмитрий и Григорий Отрепьев – одно лицо. Но все же остаются вопросы и даже вероятность того, что Лжедмитрий был вовсе не Отрепьевым (благо, он возил с собой некоего человека, которого предъявлял как «Григория Отрепьева), а может даже и не «лже»… Дискуссии на этот счет продолжаются.

Кстати, а кто такой Григорий Отрепьев? Это не просто набор букв. Это вполне реальный человек, у которого были отец и дед. Дворянин, кстати (по происхождению – дворянином был его отец Богдан). Как ни странно, но Отрепьев не совсем «человек с улицы». Он, например, в чине дьяка кремлевского Чудова монастыря, был секретарем при патриархе Иове. Это странно, поскольку реального человека должны были узнать (да и узнавали), но… он все равно стал царем.

Даже при всем этом остается только удивляться информированности об особенностях московского общества и власти, специфике деловодства, знанию польского языка и этикета (Козляков, правда, польские версии происхождения Лжедмитрия только упоминает), и многому другому.  Недаром одна из популярных среди историков версий состоит в том, что за спиной Лжедмитрия стоял боярский заговор против Бориса Годунова. Что-то такое подозревал, например, Василий Ключевский. Козляков полагает, что Отрепьев был одиночкой, но не объясняет своей позиции.

Читайте также:  Страничка истории. Как превратить поражение в победу

Лжедмитрий обладал недюжинными литературным и актерским талантами. Еще современники (например – коронный канцлер Ян Замойский) обращали внимание на драматургические достоинства истории «чудесного спасения царевича Дмитрия». И не только драматургические. Например, в рассказах Лжедмитрия фигурирует некий учитель или воспитатель, который, собственно, его и спас. Уже в те времена было невозможно убедительно опровергнуть эту информацию. Козляков, правда, указывает на то, что царский служащий не мог просто так уйти со службы (а по версии Лжедмитрия он именно что ушел), кроме того, Лжедмитрий очень слабо представляет себе и особенности организации угличского двора и не знает деталей бунта, последовавшего за смертью Дмитрия. Это, кстати, может свидетельствовать в пользу отсутствия заговора – могли бы и лучше придумать, но может и не свидетельствовать – зачем скомороху такие глубокие знания предмета?

Отрепьев (?) подбирает себе спутников, чтобы отправиться в Святую Землю, доходит до Киева и пытается найти себе союзника в лице князя Острожского (не находит) и, в конце концов, набредает на Адама Вишневецкого, а потом и на Юрия Мнишка. Ему удается заинтересовать собой короля Сигизмунда III Вазу и папского нунция кардинала Рангони. Однако, на государственном уровне он поддержки не получил (Сейм был против). По сути, король позволил Мнишку вести «гибридную войну» против Москвы, потому что тот плохо управлялся со своим воеводством и имел задолженность по налогам. Этот долг и был суммой, которая была направлена на поддержку Лжедмитрия.

А дальше – сплошные случайности.

Лжедмитрий с польским войском входит на территорию Северской Украины и местные города, один за другим, признают его власть. Само по себе это объяснимо – Борис Годунов был чрезвычайно непопулярен, в частности из-за того, что считался убийцей «природного царя» царевича Дмитрия (который, кстати, «природным царем» был весьма условно, поскольку зачат вне брака). Военные действия идут с переменным успехом. В конце концов, Мнишек с поляками бросает Лжедмитрия, который не может оплатить их «услуги», но к нему тут же приходит войско запорожцев! Правда, казаки оказываются менее дисциплинированными, чем жолнежи, и с ними Лжедмитрий терпит поражение. Он запирается в Путивле, а царские воеводы не спешат его штурмовать.

Читайте также:  Совсем неожиданно. Лучшая книга о Мастере

Скорее всего, тут бы история Лжедмитрия закончилась, но тут скоропостижно умирает Борис Годунов. На трон восходит Федор Борисович. Тут происходят два важных события, которые, собственно, уничтожили династию Годуновых.

Во-первых, в присяге новому царю упоминалось непризнание того, кто называет себя Дмитрием. Это тот самый случай, когда прямому признанию могли бы и не поверить, а опровержению поверили сразу и безоговорочно…

Во-вторых,  в войска была послана новая роспись полков, которая спровоцировала грандиозный местнический скандал. В те времена воеводы назначались на основании не заслуг, а родовитости. Петр Басманов (до этого – один из наиболее результативных годуновских воевод) счел себя оскорбленным настолько, что для него меньшим злом было перейти на сторону Лжедмитрия, чем терпеть  неуважение со стороны царя.

Что это было, так и непонятно. То ли неопытность нового царя, то ли глупость исполнителя, то ли прямое предательство… Так или иначе, московское войско присягнуло Лжедмитрию, а в Москве вспыхнуло восстание, которые привело к свержению, а потом и гибели царя Федора и вдовствующей царицы Марии Григорьевны.

Встав во главе государства, Лжедмитрий вел довольно разумную политику. В его планах были широкие реформы, направленные на европеизацию России, вплоть до создания университета. Он договорился о военном союзе против Турции, и даже начал собирать войско для турецкого похода. Он привлек на свою сторону дворян и церковь, широко раздавая привилегии и деньги.

В отношениях с Польшей он тщательно выполнял материальные обязательства (по договору о браке с Мариной Мнишек, он обещал ее отцу огромные деньги), но не спешил выполнять идеологические (а он дал присягу королю, что приведет Россию в католичество).

По началу, он пытался привлечь подданных милостями. Даже Василий Шуйский, который был руководителем следствия по делу об убийстве царевича Дмитрия и неоднократно свидетельствовал против Лжедмитрия, был судим, но не был репрессирован – его только заставили признать свою ложь. Видимо Лжедмитрий счел, что казнь или ссылка родовитого и влиятельного Шуйского, который считался реальным претендентом на престол (и, кстати, потом его занял), будет негативно воспринято обществом. Что подумало общество сказать трудно (хотя тут тоже очень сомнительное опровержение), но Шуйский стал одним из ключевых участников боярского заговора против Лжедмитрия.

Читайте также:  Счастья баловень безродный

Как быстро Лжедмитрий смог завоевать доверие москвичей, так же быстро и успел его растерять. Отчасти, в этом было виновато его собственное «головокружение от успехов» (с боярами он вел себя не слишком дипломатично). Отчасти сыграл роль явный рост влияния при дворе поляков. Распространялись слухи, о том, что он хочет уничтожить бояр и окатоличить Россию (впрочем не факт, что эти слухи появились до, а не после переворота).

Кончилось все восстанием против Лжедмитрия в день свадьбы. Спусковым крючком послужило вызывающее поведение поляков из свиты Марины Мнишек (а их понаехало в Москву около 2 тыс.). Как полагается при стихийных и никем не управляемых майданах, под раздачу попали сам Лжедмитрий и часть рядовых жолнежей и мелких шляхтичей. Ни Мнишки, ни другие олигархи, ни ксендзы не пострадали…

Такая вот странная история двух майданов, за которыми последовало то, что обычно за майданами следует.