Флаг Украины

Принудительная украинизация — приглашение к федерализации явочным порядком

Законопроект о тотальной украинизации — кто и зачем его внес на рассмотрение Верховной рады Украины.

История вопроса

Долгое время единственным нормативным документом, регулировавшим языковую сферу на Украине, оставалась Конституция, принятая в 1996 году. Её 10-я статья закрепляет государственный статус только за одним языком — украинским. Однако одновременно этой же статьёй «…гарантируется свободное развитие, использование и защита русского, других языков национальных меньшинств Украины».

Затем к этому прибавилась необходимость исполнять нормы европейского законодательства. В 2003 году Украина ратифицировала Европейскую хартию региональных языков (языков меньшинств) от 1992 года, а с 1 января 2006 года вступил в силу закон «О ратификации Европейской хартии региональных языков или языков меньшинств», который делает нормы европейского права частью правовой системы Украины.

Во время президентства Виктора Ющенко на это старались не обращать особого внимания. Однако после того как в 2010 году президентом Украины стал Виктор Янукович, его фракция в парламенте попыталась, на основе Европейской хартии и со ссылками на необходимость выполнять европейские нормы, принять закон, в котором были бы чётко закреплены языковые права национальных меньшинств и в первую очередь — русскоязычного населения Украины. Тем более что эти обещания присутствовали в предвыборных программах как самого Виктора Януковича, так и Партии регионов в течение нескольких избирательных компаний.

Первой такой попыткой стал проект закона «О языках Украины» (проект депутатов Ефремова — Гриневецкого — Симоненко). Основным моментом этого закона был статус «регионального языка» — признаваемый родным 10 и более процентами населения в границах района области или населённого пункта — который предлагалось предоставить любому языку в административных границах компактного проживания его носителей. Региональный статус даёт языку довольно широкие права в границах, на которые распространяется статус: дублирование названий, возможность обучения и делопроизводства, вплоть до переписки с Киевом, возможность выбора регионального языка языком эфира на местных радиостанциях и телеканалах и т.п.

Однако этот проект собрал большое количество негативных экспертных отзывов, в том числе Венецианской комиссии, и был снят с рассмотрения весной 2011 года.

Зато в 2012 году был оперативно принят закон «Об основах государственной языковой политики» (закон депутатов Кивалова — Колесниченко). Его противники утверждали, что он практически ничем не отличается от своего предшественника, поскольку содержит ту же норму о региональных языках. Венецианская комиссия также поддержала эту оценку, не рекомендовав депутатам голосовать за проект, а президенту — его подписывать. Однако осенью 2012 года на Украине проходили парламентские выборы, Партии регионов необходимо было показать своим избирателям результаты работы. Поэтому Янукович подписал закон, несмотря на общественные протесты и неоднозначное отношение к закону даже внутри своей собственной партии.

Закон Кивалова — Колесниченко — довольно знаковый документ для Украины. Это едва ли не первое, что бросились отменять депутаты в конце февраля 2014 года после госпереворота и бегства Виктора Януковича. А попытка разрушить худо-бедно сложившийся языковой компромисс, в свою очередь, стала одной из причин последующих событий в Донбассе и в Крыму. Впрочем, как ни удивительно — этот памятник эпохи Януковича остаётся действующим до сих пор, поскольку его отмена в 2014 году не была утверждена президентом (и не утверждена до сих пор).

Любопытно, что закон возбуждает внимание к себе исключительно по поводу русского языка. Хотя, например в Черновицкой и Закарпатской областях (в приграничных с Венгрией регионах) названия населённых пунктов и улиц в них не всегда дублируются на государственном языке, о чём с удивлением пишет практически любой украинский журналист, впервые там побывавший. Иными словами, действующий закон, возможно, и сужает сферу использования государственного языка в отдельных регионах. Однако, во-первых, он предоставляет такую возможность отнюдь не только русскому языку, всё дело упирается в желание местных общин. Во-вторых, противники действующего закона, в том числе в ЕС, ссылаются на то, что хартия о языках создавалась совсем для иных условий и не предусматривает её применение к территориям с населением 10−15 млн человек. На это можно ответить, что право говорить на родном языке остаётся таковым независимо от того, о каких меньшинствах идёт речь — паре тысяч или миллионах. С последним на Украине существует проблема, и действующий закон её худо-бедно решал. Теперь же у парламента существует два пути: принять более совершенный закон, или же принять «антизакон» Кивалова — Колесниченко, т. е. не просто отменить нынешний статус и права региональных языков, а ещё и установить более суровый языковой режим, нежели до 2012 года. Посмотрим, к чему всё идёт.

Читайте также:  «Это геноцид собственного народа»

О чём спорят?

Сразу следует уточнить: единого законопроекта на данный момент не существует. В начале января депутаты Верховной рады внесли сразу несколько законопроектов, в которых предлагается установить новые нормы регулирования языковой сферы. В процессе рассмотрения их, скорее всего, объединят в компромиссный документ:

«Существует три проекта законов о государственном языке. Теперь в комитете мы попробуем быстро найти компромисс и предложить адекватный проект. Все законы патриотические… Конфликтной ситуации между авторскими коллективами нет и не будет. Спорные моменты касаются регулирования медиа, культуры, книгоиздательства, использования компьютерных программ. Есть полное понимание подходов к использованию государственного языка госслужащими [силовыми] органами», — сообщил глава комитета ВР по вопросам культуры и духовности Николай Княжицкий.

Однако основой для такого сборного законопроекта станет, скорее всего, скандальный проект закона №5670 «О государственном языке», внесённый на рассмотрение Верховной рады 20 января. Именно его и его отдельные нормы обсуждают сегодня чаще всего. Среди них выделяются:

— Требование владения и использования при исполнении служебных обязанностей украинского языка для госслужащих и военных.

— Законом предполагается создание особых органов, которые будут отслеживать выполнение этого требования: Национальная комиссия по стандартам государственного языка, Центр украинского языка, который и будет экзаменовать госслужащих, Терминологический центр украинского языка, Уполномоченный по защите государственного языка, а также подчиняющиеся ему языковые инспекторы.

— Печатные СМИ в обязательном порядке обязаны иметь украиноязычную версию (не менее 50% общего объёма тиража). То же самое касается и книгоиздания: тираж книги на языке национальных меньшинств не может превышать тираж этой же книги на украинском языке.

— Украинский язык становится языком сферы обслуживания по умолчанию (даже в частных заведениях). Этот пункт — своего рода ответ на неоднократные скандалы как депутатов, так и некоторых иных публичных персон, требовавших в магазинах, кафе говорить с ними только на украинском языке. Последним такого рода случаем стала история с детской писательницей Ларисой Ницой, которая в ответ на русский язык продавщицы швырнула ей в лицо мелочь.

Впрочем, авторы закона предусмотрели использование иного языка по желанию клиента.

— Украинский язык станет обязательным в дошкольных, школьных, внешкольных и высших учебных заведениях, при этом обучение в вузах на каком-либо языке, кроме государственного, не предусматривается в принципе (отдельные предметы можно читать на одном из официальных языков ЕС).

— За нарушение закона предусматриваются штрафы в размере нескольких тысяч гривен (например, за проведение заседания в органе государственной или местной власти не на государственном языке). Неуважение к государственному языку теперь приравнивается к неуважению государственных символов и может повлечь тюремное заключение.

Зачем всё это нужно? «Этот закон будет способствовать согласию в обществе, утверждению украинского языка как государственного на всей территории Украины во всех сферах общественной жизни, консолидации и развитию украинской нации», — утверждает коллектив его авторов (33 депутата из разных фракций парламента) в пояснительной записке к законопроекту.

Следует отметить, что и СМИ, и соцсети довольно бурно отреагировали на законопроект, и негативных оценок хватает. Так, противники документа указывают, что принятие такого закона в нынешних условиях усилит раскол в обществе. Однако авторы проекта им возражают. «Политизация этого закона политиканами не приведет ни к обострению ситуации в стране, ни к вторжению, ни к другим манипуляциям, которые были со стороны Российской Федерации в 2014 году. Мы и так де-факто находимся в состоянии войны», — заявляет народный депутат Украины от фракции «Самопомощь» Ирина Подоляк, которую называют основным автором законопроекта. Вообще же столь большое число авторов объясняется тем, что практически всех их «попросили подписаться под законопроектом». Вероятно для того, чтобы он выглядел как своего рода массовая инициатива.

Читайте также:  «Петру Алексеевичу придется выкручиваться»

Он и выглядит, только вот массовость эта имеет чёткий региональный окрас. Журналисты издания «Страна.ua» не поленились и составили карту законопроекта №5670, который, к слову, получил в журналистской среде негласное прозвище «закон об украинизации». Оказалось, что 17 из 33 подписантов родом с Западной Украины. Центр, Север и Восток страны представляют по два человека, остальные — Киев, в который уже не один год мигрируют представители всех областей Украины. Таким образом, законопроект отражает лишь одну точку зрения на языковую ситуацию на Украине — её западной части.

«Должен быть один закон о государственном языке, потому, что государственный язык у нас один, украинский, и другой закон о языках национальных меньшинств, так нацменьшинства имеют свои права, предусмотренные Конституцией, но эти два вопроса вообще между собой никак не связаны», — такую оценку законопректа передал через пресс-службу партии «Народный фронт» депутат Леонид Емец. Однако другого закона как раз нет, его никто не предлагает. А тот, что есть, вероятнее всего, рано или поздно отменят. В настоящее время он находится на рассмотрении в Конституционном суде Украины. Очередное заседание КСУ, посвящённое этому вопросу, состоялось как раз сегодня, 26 января — под вопли националистов, пикетировавших здание суда и требующих «справедливого решения».

«Хотите принять новый закон, принимайте, но не делайте это бездумно, загребая всех под одну гребенку. Украина была, есть и будет многонациональным государством — это надо понимать и принимать, другого пути у нас нет!» — прокомментировал рассмотрение своего закона в КСУ Сергей Кивалов через свою пресс-службу.

Мониторинговый комитет ПАСЕ в резолюции «О функционировании демократических институтов в Украине» также выразил обеспокоенность законопроектами, направленными на сужение существующих прав национальных меньшинств.

Кроме того, снова возникло ответвление языковой темы — возможность перевода украинского языка на латиницу. Однако до отражения этой идее в законопроекте пока не дошло, обсуждается как возможность. Сторонники упирают на то, что не придётся транслитерировать ФИО в документах (для поездок на сезонные сельхозработы в Польшу, например), а также приводят в качестве примера Ататюрка.

Языковой вопрос стремительно вышел и на европейский уровень. Глава МИД Венгрии Петер Сийярто заявил, что Будапешт осуждает предлагаемый законопроект и не потерпит никаких поправок — ни к закону об образовании, ни к закону об использовании языка, которые ухудшили бы положение нацменьшинств.

«Мы слышали, что этот закон, возможно, не будет принят. И мы надеемся на это. Если же какие бы то ни было поправки и изменения ухудшат жизнь меньшинств, в том числе венгерского, то мы, конечно, поднимем этот вопрос на уровне ЕС. Это не внутриукраинская тема, а вопрос, значение которого выходит далеко за рамки Украины. Мы должны защищать меньшинства и применять европейские стандарты — в том числе в отношении Украины», — сказал глава венгерской дипломатии.

Оценки экспертов

«Все, кто говорят, что сегодня в Польше один язык и все отлично, забывают, что в 20−30-е годы прошлого века РП была многонациональной страной, которая проводила политику «одна страна — один язык — одна культура». Польша запрещала украинский, преследовала украинцев, колонизировала Волынь и в целом всхудні креси. Как следствие, Польша получила ОУН-УПА, Бандеру, Волынскую резню, а потом благополучно, точнее говоря, не совсем благополучно пришла к моностране: потеряв Литву, западную Беларусь и западную Украину… Если мы будем продолжать в том духе, как предлагают авторы мовного закона, то вопрос потери востока это не вопрос вероятности, а вопрос времени. Причем недалекого. Это просто приглашение к федерализации явочным порядком. И не той федерализации, что в Германии, а той, что в Боснии и Герцеговине. И тогда таки да, в конце концов, мы получим монострану, а Харьков и Одесса будут восприниматься украинцами как поляками сегодня воспринимаются Львов и Франковск», — пишет в своём Facebook политолог и главный редактор издания «Хвыля» Юрий Романенко.

Читайте также:  Актуальное интервью о ситуации на Украине

«А о чём еще говорить? Успехов ноль. А так, одни — якобы «патриоты», другие — против. Вот представьте, чтобы при прошлом злочинном режиме депутат Партии регионов прострелил ногу прохожему и сказал, что этот прохожий агент, скажем, Вашингтона. Его бы просто размазали бы во всех СМИ. А сейчас, в случае с Пашинским, пытаются сделать вид, что ничего не происходит. Вот чтобы отвлечь народ и от этого случая, и от громадных счетов на коммуналку, и вбрасываются подобные законы, чтобы на ровном месте начать дискуссию на «патриотическую» тему и поменять повестку», — заявил изданию «Страна.ua» депутат Николай Скорик («Оппозиционный блок», экс Партия регионов). Впрочем, в возможность принятия закона он не верит.

Однако не все настроены так легкомысленно. Так, политолог Василий Стоякин в эксклюзивном комментарии для ИА REGNUM говорит о том, что голосов в Верховной раде для принятия законопроекта как раз вполне хватает:

«Я таких проектов перечитал 7 или 8 штук, они все однотипные, более или менее копирующие федеральный закон о государственном языке (был даже проект, являющийся переводом этого закона). Ничего особенно нового в нём нет. Существенно новым является то, что существует: а) конфигурация парламента, в принципе способная его принять; б) сигнал со стороны президента — 22 января он сделал заявление, что все языки, кроме украинского, могут употребляться в быту и дома. В-третьих, не думаю, что проект действительно думают принять (хотя возможности для этого есть, и внутриполитические последствия не будут слишком травматичными для режима). Скорее это игра на обострение в ожидании торга, который, безусловно, начнется в тот момент, когда Трамп займется вопросом мирного урегулирования на Украине. Отмечу, что к торгу готовятся масштабно — сюда же относится активизация боевых действий на Донбассе, заявление президента об отказе выполнять Минские соглашения (тоже 22.01), история с терактом против Геращенко. Украина представляет себя объектом российской агрессии и готовит позиции, за которые можно вести торг. Если Трамп, конечно, в принципе захочет торговаться. А если не захочет — можно и закон принять, и из Минских соглашений выйти. Всё что угодно, чтобы спровоцировать Россию и поставить США перед вопросом сохранения своего влияния, а не выбора персон колониальной администрации».

Как отмечалось выше, действующий закон принимался накануне парламентских выборов. Политический эксперт объединения «Слово и дело» Валентин Гладких уверен, что и сегодня происходит то же самое: «Этот вопрос ставят на повестку дня с одной-единственной целью, как еще один повод для того, чтобы возбудить дискуссию и заработать на ней какие-то дополнительные электоральные баллы. Как только появляется вопрос языка, это означает, что дата выборов приближается», — уверяет он журналиста «Голос.ua». В случае, если его примут, считает эксперт, Украина получит глупый и неэффективный закон, который не решит главного — языковой проблемы, состоящей в урегулировании норм взаимоотношения и прав государственного языка и языков меньшинств. То есть и закон будет, и проблема останется.

ИА REGNUM