круглый стол

Идеология реинтеграции

6 октября в столице Белоруссии прошел экспертный круглый стол, посвященный вопросам межгосударственного диалога. Постановка вопроса вполне логичная – раз уж переговоры политиков зашли в тупик, то, может, стоит ум приложить?

Приложение ума начали белорусские организаторы, пригласив с украинской стороны экспертов, которые демонстрируют заинтересованность в восстановлении взаимовыгодных и дружественных отношений с Россией. Таким образом, сразу была отсечена бессмысленная дискуссия в формате «сталинисты против бандеровцев».

Тем не менее, дискуссия немедленно возникла. Ключевой вопрос российско-украинских отношений обозначился уже в первом выступлении (украинского политконсультанта Руслана Бортника) – где идея, на основе которой можно было бы восстанавливать сотрудничество? Большинство членов украинской делегации с такой постановкой вопроса в основном согласились: разрыв между странами – идеологический, результат кризиса внешней интеграции (Виталий Филипповский).

Российские же (да и часть белорусских) участники выражали вежливое недоумение – мы же предлагали вам идеологию экономического прагматизма на этапе формирования Таможенного Союза? Вы отказались. А сейчас такая идеология вам и вовсе не по мерке будет – прибалтизация предполагает отказ от прагматизма (Сергей Рекеда). Наиболее же радикально настроенный Виктор Сутырин и вовсе сказал, что никаких новых идей нет и не будет, потому что это пережиток СССР, надо заниматься реалполитик.

По моему мнению, уважаемые российские коллеги не сделали правильных выводов из недавнего прошлого. Представлю свою точку зрения на этот вопрос.

Когда мы говорим о реинтеграции (даже экономической) постсоветского пространства, мы должны согласиться с тем, что это – имперский проект. Хотим мы того или нет, но он по умолчанию будет противостоять другим такого же рода проектам (зачем нужен ТС, если можно просто подписать соглашение об ассоциации с ЕС?).

Читайте также:  Пиеса за «нормандский формат»

Имперский же проект нуждается в имперской идеологии – надличностной и наднациональной. Прагматизм и эгоизм в ней занимают место очень небольшое и строго определенное. Главная же линия – самоограничение (и даже самопожертвование – в радикальном случае) во имя высших ценностей.

Есть ли такая идеология у России? Есть. Это радикальный либерализм.

Путина, правда, обычно считают не либералом, а патриотом, но это противопоставление не вполне корректно. Либерализм – не только идеология заработка, но и идеология защиты заработанного. Потому что если не будешь сильным, к тебе придут и все непосильным трудом добытые ништяки отберут. Совершенно нерыночными и неправовыми способами. Ибо грабеж слабого – тоже элемент либерализма.

Другое дело, что российская элита не является правообладателем этой идеологии и не имеет доступа к проектной документации. Соответственно, предложить что-то кроме довольно примитивной идеи прагматизма она и не может.

Европа предложила, собственно, ту же самую идеологию, но – в полном виде, со всем набором европейских ценностей. И украинцы, вполне имперская, кстати, нация, на это повелись. Пресловутым украинским сержантам нужен не мелкий гешефт, а служба и даже – служение. Понадкусывать яблоки и перепрятать сало они и сами могут.

Россияне спросят, а как же ж Казахстан и наша синеглазая сестра Белоруссия? Для них ведь это предложение оказалось приемлемым?

А вот нет. ЕваАзЭС это, прежде всего, личная уния Темнейшего, Бацьки и Елбасы – трех политиков, пользующихся абсолютным авторитетом в своих странах, и очень значительным – в соседних государствах. Причем авторитет их зиждется отнюдь не только на экономическом прагматизме. Последнее особенно четко показала Россия – экономическая ситуация ухудшилась, но единство народа вокруг власти укрепилось. Да и Белоруссия переживала период экономических санкций, отнюдь не отказываясь от Лукашенко.

Читайте также:  «Праздник Голодомора»: выдуманная основа выдуманной украинской-«нерусской» идентичности

В Украине такого лидера не нашлось. Подозреваю, что и не могло найтись – у нас в принципе плохо с иррациональной легитимностью (богоизбранностью) власти. Кстати, сначала Лукашенко, а потом Путин были и остаются наиболее популярными в Украине политиками. Пусть и со знаком минус – лалаканье в адрес российского президента обозначает примерно «нам бы такого, только нашего».

Разумеется, любая идеология привязана к воплощающим его личностям (российская имперская – к семье Романовых, советская коммунистическая – к Ленину и Сталину), но главное, все же, наличие четко артикулированной иррациональной составляющей. Людей привлекает именно она. На одних рациональных аргументах внятной пропаганды не построишь.