украинское село

Четверть века деградации: некоторые итоги украинской «независимости»

25 лет тому назад Украина начала формальный отсчёт своей новейшей истории. Она ведётся от Акта провозглашения независимости Украины, принятого Верховным Советом УССР 24 августа 1991 года, через несколько дней после завершения августовского путча. До годовщины фактического оформления независимости (Беловежские соглашения 1991 года) остается еще 3,5 месяца, однако подводить итоги четвертьвекового юбилея уместно уже сейчас. Дело в том, что 25 лет назад Украина получила не только независимость, но и немалую территорию, серьезную промышленность, инфраструктуру, природные ресурсы, образованное население численностью свыше 50 млн человек и т.д. Самое время понять, что из этого удалось сохранить, приумножить или потерять.

Территория

Ответ на вопрос «Какую площадь занимает государство Украина?» с некоторых пор имеет несколько вариантов и зависит от политической позиции. Одни продолжают считать, что это 603,55 тыс. кв. км — как и 25 лет назад. Второй ответ — 576,6 тыс. кв км, т. е. территория Украины без Крыма и Севастополя. Есть и третий: 561,2 тыс кв км — без Крыма, Севастополя, а также территорий Донецкой и Луганской народных республик (15,34 тыс. кв км). В настоящее время эти земли в Киеве формально продолжают считаться принадлежащими Украине как территории «с особым порядком местного самоуправления». Однако фактически Украина не контролирует их, а также участок государственной границы с РФ протяжённостью 410 км. При этом Киев частично сохраняет контроль над хозяйственными объектами, расположенными на неконтролируемой территории (они платят налоги в украинский бюджет), однако практически лишился рынка сбыта в непризнанных республиках, не говоря уж о том, что уже около двух лет украинская валюта здесь составляет очень незначительный процент оборота (около 5%). Кроме того, с недавних пор Россия урегулировала пересечение своей государственной границы по паспортам ДНР и ЛНР (для автомобилей — с номерными знаками республик соответственно), а жители республик (либо граждане Украины с пропиской в населённых пунктах, составляющих территорию республик) имеют ряд официальных и неофициальных льгот, явно отделяющих их в бюрократических процедурах от остальных граждан Украины.

Таким образом, по целому ряду признаков территории Донецкой и Луганской областей с особым статусом не являются в настоящее время территорией Украины, хотя и продолжают считаться таковыми.

Впрочем, это ещё не всё. К указанной площади следует прибавить 9,7 тыс. кв. км шельфа в Чёрном море. 12 тыс. кв. км шельфа стали в конце 2000-х годов предметом спора между Украиной и Румынией. Его суть заключалась в определении статуса острова Змеиный. Напомним, позиция Украины в суде заключалась в том, что это полноценный остров, Румынии — что это лишь крупная скала. Позиция Украины давала ей право на закрепление за собой прилегающего к острову шельфа — как зоны своих экономических интересов. Однако Международный суд ООН вынес решение не в пользу Киева. Хотя формально позиция Украины была поддержана, Змеиный был признан островом (и до сих пор находится во владении Украины, в СМИ часто можно встретить ошибочную информацию, что Украина в 2009 году лишилась этой территории), однако вместе с тем около 80% спорного шельфа, потенциально богатого углеводородами, по решению суда отошли Румынии. Вместе с шельфом территориальные потери Украины возрастают до 52 тыс. кв. км. Это та цифра, которую можно зафиксировать на сегодняшний день.

«Самое поразительное, что Украину не раз предупреждали о последствиях жесткой унификаторской политики на протяжении всех этих 25 лет, — напоминает политолог Владимир Корнилов в эксклюзивном комментарии для ИА REGNUM. — Предупреждали, что рано или поздно это приведет к распаду государства на части, если вовремя не обратиться к идее конфедерализма. И вот теперь, когда все эти прогнозы сбылись, тем более удивительно, что никто на Украине не собирается учесть уроки и продолжают наступать на те же грабли».

А ведь Крым и Донбасс — это ещё не всё. Существуют риски потери территорий на западе страны. Венгрия и Румыния на протяжении нескольких лет активно выдают национальные паспорта гражданам Украины По словам госсекретаря Венгрии Арпада Яноша Потапи (февраль 2015 года), примерно 94 тыс. граждан Украины получили венгерское гражданство, ещё 124 тыс граждан Украины подали заявки на его получение. Румыния перешагнула планку в 100 тыс. паспортов, выданных гражданам Украины, ещё в 2013 году. К тому же, если венгерские паспорта выдаются в основном жителям Закарпатской области, то география румынского гражданства шире: Черновицкая, Одесская области (там паспорта получают этнические молдаване, которых в Бухаресте также считают румынами). И даже в Киеве можно встретить предложения оформить румынский паспорт. При этом правительства европейских стран дали понять, что считают получение паспортов гражданами Украины делом, не касающимся Украины. Это проявилось, в частности, в их отказе помогать Украине выявлять лиц с двойным гражданством.

Тут же нужно упомянуть и «карту поляка», которая не является паспортом лишь формально: её владелец лишён только политических прав и в своих передвижениях ограничен одной Польшей. Но карта является основанием для последующего оформления гражданства, а значит, как и паспорт, постепенно формирует в западных областях Украины прослойку граждан с двойной лояльностью (70 тыс. получивших на январь 2016 года). Учитывая непростую историю региона, наличие районов и населённых пунктов с компактным проживанием диаспор, сложившиеся экономические связи и постепенно формирующееся общее культурное пространство, следует признать западную Украину зоной существенного риска. Тут не будет моментального отпадения территорий, как это произошло на юго-востоке. Однако чем дальше, тем менее «венгерская», «румынская» и «польская» Украины будут осознавать и ценить свою связь с Киевом. Тем более что процесс будет идти по нарастающей: дети этих украинцев будут получать второе гражданство по упрощённой процедуре.

Читайте также:  Украина: Декоммунизация или деградация?

«Само по себе двойное гражданство не несет проблем, — считает Владимир Корнилов. — В современном глобализированном мире без этого все равно не обойтись никому, в том числе Украине. Люди ищут возможности легальных заработков за рубежом, получения хоть каких-то пенсий, а не того, что называется «пенсией» на Украине — вот и идут во все тяжкие, чтобы заполучить второй-третий паспорта. Но территориальные претензии Румынии и Венгрии относительно Украины, конечно же, никуда не денутся, с паспортами или без оных».

Экономика

Сравнивать экономику УССР и современной Украины следует с определёнными оговорками. Так, если смотреть на динамику ВВП за эти годы, то можно сделать вывод, что экономика выросла. ВВП УССР в 1991 году составлял 85,2 млрд долл. в текущих ценах, по итогам 2015 года он составлял 90,6 млрд долл. С одной стороны, он почти не вырос, но следует принимать во внимание убыль населения, из-за чего ВВП на душу населения в 1991 году составлял 1649 долл., а в 2015 году — 2115 долл. Таким образом, за период независимости формально ВВП вырос на 6,3%, а ВВП на душу населения — на 28%. Следует отметить, что впервые уровень ВВП 1991 года был превышен в 2005 году (86,1 млрд долл.) и с тех пор ещё ниже уровня 1991 года ни разу не опускался, достигнув максимального значения в 2013 году (183,3 млрд долл.).

Однако при этом, согласно данным Мирового банка и Украинского аналитического центра, годовой темп роста ВВП на душу населения на Украине стал наихудшим среди всех республик бывшего СССР (примерно 6,5%, у Киргизии — 9,3%, у всех остальных свыше 10%, вплоть до 41% у Армении). ВВП УССР составлял 0,35% от общемирового, 0,96% от общеевропейского и 9,8% от ВВП стран Восточной Европы (Украина в 2015 году — 0,24%, 0,54% и 5,1%).

Однако одно лишь сравнение ВВП не даёт полной картины: даже несмотря на номинальный рост ВВП, реальная украинская экономика в 2015 году составляла примерно ⅔ от экономики УССР.

На территории Украины находилось около 25−30% общесоюзной промышленности. По добыче угля (~152 млн т), железной руды (~122 млн т) и выплавке стали (~50 млн т) УССР держала первое место в Европе. Кроме того, УССР обеспечивала до 48% общесоюзного производства чугуна, до 47% ферросплавов, более трети стальных труб.

Помимо этого, на территории УССР было сосредоточено большое количество наукоёмкого производства, гражданского и военного машиностроения. Украина — единственная (кроме России) из постсоветских республик, кто вступил в независимый период истории с собственной космической и авиационной промышленностью, а также ОПК, позволявшим долгое время входить в число лидеров на мировом рынке вооружений. По состоянию на 1990 год 31% в структуре экономики Украины занимало машиностроение, причём по отдельным направлениям УССР была монополистом в союзном государстве (96% тепловозов, более 95% металлургического оборудования). В настоящий момент доля машиностроения в ВВП снизилась до 5−7%, а в РФ стремительно замещают статьи экспорта, которые ранее закрывала Украина.

К 2016 году немалая доля из этого наследства оказалась утраченной. Авиакосмическую промышленность Украина формально сохранила, однако ключевые активы в соответствующих отраслях сегодня близки к закрытию или перепрофилированию (долги плюс окончательная утеря традиционных рынков сбыта). Выпуск самолётов упал с 250 шт в год до примерно 5. Знаменитый «Антонов» держится на плаву исключительно за счёт организации совместного производства в Китае и на Ближнем Востоке (с передачей технологий).

Сектор машиностроения просел неодинаково, однако в любом случае Украине хвалиться сегодня нечем. Производство легковых автомобилей упало со 153 тыс. шт до 5,6 тыс. шт, грузовых автомобилей — с 30 тыс. шт до 1,3 тыс. шт, тракторов — со 106 тыс. шт до 1,6 тыс. шт.

Вдвое упала выплавка стали (23−25 млн т). Добыча угля в 2015 году составила 39,7 млн т, железной руды — 80 млн т (в 3 и 1,5 раза меньше, чем в УССР).

Украина в последние годы собирает на 25−30% больше зерна, чем 25 лет назад. Однако не нужно забывать, что это достигнуто в том числе сокращением посевных площадей сахарного буряка и падением производства сахара (с 5,5−6 млн т в год до примерно 1,5−1,7 млн т), что привело к закрытию более 100 сахарных заводов. И сокращением поголовья крупного рогатого скота (с 24,6 млн голов в 1991 году до 4 млн в 2016 году), а значит, соответствующим падением выпуска мяса (с 4,3 млн т до 2,2 млн т) и молокопродуктов. И они, и сахар — не только продукция более высокого передела, но и фактор формирования занятости в сельских районах. Таким образом, в безработице и миллионах трудовых мигрантов как раз частично «повинны» рекордные урожаи зерна и выход Украины в тройку мировых экспортёров пшеницы и кукурузы.

Читайте также:  О реформировании украинского парламента

Печальная потеря — торговый флот УССР, один из крупнейших в мире. Его исчезновение не только лишило Украину рычагов управления своим экспортом, но и обрекло на постепенное отмирание судостроительную отрасль, рассчитанную на поддержание количества этого флота, его ремонт и обслуживание.

Теперь самые наглядные показатели. К концу 80-х УССР экспортировала свою продукцию в 120 стран мира на сумму 30 млрд долл (это без учёта внутрисоюзных поставок, которые увеличивали этот показатель минимум вдвое). А сейчас государственный долг Украины составляет 67 млрд долл (25 лет назад Украина не имела долгов).

«Как представляется, рекордное падение экономики — следствие ее рекордных же показателей, — говорит директор Центра политического маркетинга Василий Стоякин в эксклюзивном комментарии для ИА REGNUM. — В УССР была создана мощная индустриальная база, в значительной степени завязанная на народно-хозяйственный комплекс СССР в целом. Разрыв связей и утрата заказов общесоюзных министерств (Минобороны, прежде всего) особенно сильно ударили по Украине. Ну, а в 2014 году был избран курс на окончательный отказ от промышленности — в полном соответствии с прибалтийской концепцией. Только положение Прибалтики облегчено безвизовым режимом и финансовой помощью со стороны ЕС, а Украина в несколько раз больше Прибалтики».

Энергетика

Изменения в этой отрасли производны от общей экономической ситуации. С другой стороны, нынешнее состояние энергетики иллюстрирует и подтверждает негативную динамику.

Начать следует с того, что во времена УССР электроэнергетика составляла 3,2% от промпроизводства. Сегодня этот показатель вырос в 5 раз (при том, что производство электроэнергии на Украине за эти годы упало в 1,84 раза: с 300 до 163 млрд кВт⋅ч). Изменилась и структура производства электроэнергии. Доля атомной энергетики выросла с 25% до 51%, тепловой — упала с 68% до 36%. Примерно 67 млрд кВт⋅ч (90% от выработки АЭС) Украина когда-то экспортировала (примерно 2,5 млрд долл. в текущих ценах). В прошлом году на экспорт ушло всего 3,6 млрд кВт⋅ч, не говоря о том, что во время отопительного сезона 2014/2015 гг Украина была вынуждена максимально сократить экспорт электроэнергии (ещё несколько лет назад он составлял до 10 млрд кВт⋅ч) и даже закупать энергию в Белоруссии, РФ и Молдавии.

Электроэнергетику Украины до поры вытягивают атомные станции. По сравнению с союзным показателем (75 млрд кВт⋅ч) они даже нарастили производство (87,6 млрд кВт⋅ч), в т.ч. за счёт достройки блоков. Но, к сожалению, это означает, что тепловая генерация Украины постепенно отмирает — вместе с угледобывающей промышленностью, которая некогда позволяла генерировать свыше 200 млрд кВт⋅ч «тепловой» электроэнергии (сегодня 67,3 млрд кВт⋅ч).

«Бурное развитие получила лишь генерация электроэнергии из возобновляемых источников (ВИЭ) после принятия в 2009 году закона о зеленом тарифе. На протяжении 2010−13 гг. объёмы выработки электроэнергии ВИЭ выросли в несколько раз, хотя общая доля в генерации не превысила 1%» — комментирует ситуацию сопредседатель Фонда энергетических стратегий Дмитрий Марунич в эксклюзивном комментарии для ИА REGNUM.

Добыча нефти и газа на Украине за эти годы также упала: (с 5,3 млн т до 1,8 млн т для нефти и с 25 млрд куб. м до 20 млрд куб. м для природного газа). Впрочем, здесь играют роль и объективные факторы постепенного исчерпания месторождений (нефть на территории Украины в промышленных масштабах добывается с конца XIX века).

«В нефтегазовой отрасли реализованные проекты носили в основном локальный характер, что подтверждается падением объемов добычи и транспорта э/ресурсов, — продолжает перечислять итоги Дмитрий Марунич. — Единственным крупным проектом могла стать интенсификация освоения шельфа Черного моря после приобретения двух самоподъёмных плавучих буровых установок в 2012−13 гг., однако после потери контроля над Крымом этот проект утратил актуальность. Серьёзная деградация произошла в сфере нефтепереработки. От СССР Украине достались шесть НПЗ с установленной мощностью переработки до 55 млн т в год. В настоящее время работает один НПЗ, который перерабатывает около 2 млн т нефти в год, 75% нефтепродуктов импортируются. Политика, направленная на разрыв связей с РФ, может привести к дальнейшей деградации ТЭК Украины. Прежде всего, речь идет о существенном снижении объёмов транзита газа и нефти в Европу, что уже в ближайшие годы может поставить под вопрос целесообразность работы части магистральных трубопроводов».

Общество

Население Украины в 1991—1993 гг. достигло своих максимальных значений (51−51,2 млн человек). Ни до, ни после эти показатели не достигались более никогда. До 2014 года (45,5 млн) население уменьшалось в результате превышения смертности над рождаемостью (15,7 человека на 1 тыс. умерших, наибольший показатель среди стран Европы), миграции (сальдо негативной миграции в 1994—2004 гг. — 1 млн). В 2014 году к этому добавилась потеря Крыма с 2 млн населения и территорий Донбасса. В итоге на начало июля 2016 года население Украины оценивалось в 42,65 млн, при этом эта цифра формальная: неизвестно, сколько из них в действительности проживают в пределах Украины (обычно предлагается отнять ещё 4,5−5 млн гастарбайтеров).

Читайте также:  Киеву надо срочно закупать газ в хранилища, пока он сильно не подорожал

Доля городского населения в 1991 году составляла 67,5%. В период 1992—2002 годов она колебалась в пределах 67,2−68,1%, после чего начала снова устойчиво расти. К настоящему времени лишь несколько городов Украины имеют устойчивый прирост населения, однако средняя убыль сельского населения превышает убыль городского примерно в 1,5 раза. Сегодня в городах живёт 69,2% украинцев, и, согласно прогнозам социологов, устойчивые тенденции ближайших лет следующие:

1. Городское население будет и дальше компенсировать убыль за счёт миграции сельского населения в города (это связано, в частности, с ликвидацией промышленности, занимавшейся переработкой продукции с/х — сахарных и молочных заводов, т. е. уменьшением количества рабочих мест вне пределов крупных городов).

2. В первую очередь расти будут крупные города: Киев, Днепропетровск, Одесса, Львов, Харьков. К этой когорте следует отнести города-курорты, города, в которых (вблизи от которых) расположены крупные промышленные объекты — АЭС, карьеры, ГОКи, рентабельные шахты, металлургические предприятия, порты: Кривой Рог, Энергодар, Бердянск, Мариуполь. При этом под «ростом» тут следует понимать не только увеличение количества жителей, но и просто более низкую убыль населения, в сравнении с сельскими районами или же со средней по стране. Ведь даже Киев не может похвастаться созданием рабочих мест.

«Города Украины будут постепенно терять свою роль «фабрик» по воспроизводству и окультуриванию человека и будут постепенно становиться «большими деревнями», — утверждает политический обозреватель Иван Лизан в эксклюзивном комментарии для ИА REGNUM, увязывая этот процесс с деиндустриализацией. — Это ощущается не только в катастрофически низком уровне работы коммунального хозяйства, но и в архитектуре, внешнем облике городов».

Жизнь в этих городах будет иметь свои отрицательные моменты: резкое падение уровня жизни украинских граждан дарит им ренессанс криминальных 90-х. Количество умышленных убийств достигло 8,2 тыс. (2,8 тыс. в 1990-м, 5,9 тыс. в 2013-м). Этому способствует т.н. «АТО» на территории Донбасса. По оценке главы наблюдательного совета Украинской ассоциации владельцев оружия Георгия Учайкина, война привела к увеличению количества нелегального оружия на руках у населения на 1−1,5 млн единиц (до 4,5−5 млн).

Всё это приводит к тому, что даже жизнь в столице Украины оценивается как не слишком безопасная. Недавно издание The Economist вновь включило Киев в свой рейтинг World's Most Liveable Cities, поместив его в последнюю десятку — наряду со столицами Ливии и Сирии, в которых продолжается гражданская война и активны террористы. В худшую десятку Киев попадает второй год подряд (в 2013 году занимал 90-е место).

В структуре занятости украинцев всё отчётливее проступает формат аутсорса рабочей силы: в виде гастарбайтерства либо в виде удалённой работы на иностранного заказчика, которая, по сути — лишь более выгодный вариант того же гастарбайтерства.

Если в 1991 году главным и единственным коллективным работодателем были предприятия Украины, то сегодня одних только фрилансеров на Украине насчитывают до 5% трудоустроенных (0,8−1 млн человек). При этом совокупный уровень их доходов выводит их на 1-е место в Европе и 4-е в мире (по данным портала Upwork — 61 млн долл по итогам 2014 года. Это только то, о чём известно, к тому же лишь 25% фрилансеров в сфере IT используют эту платформу). К этому нужно добавить переводы обычных гастарбайтеров (4,82 млрд долл. в 2015 году, 34,83 млрд долларов за 2011−2015 гг).

Общий вывод: на 25-м году независимости почти четверть занятых граждан Украины так или иначе трудоустроены вне её пределов. Это одно из проявлений и продолжение более общего стремления как можно меньше зависеть от Украины с её постоянными кризисами и нестабильностью.

«Новые украинцы, как правило, носители сельского менталитета, пусть и проживают в элитных высотках или в приватизированных квартирах, — рассуждает Иван Лизан. — Особенность данных украинцев — мифологическое мышление, проблемы с проведением причинно-следственных связей, катастрофически низкий уровень знаний и абсолютная неспособность к самоорганизации. Дело в том, что с гибелью индустрии умерли и профсоюзы, которые были организующим элементом, а иные социальные институты — церковь и различные общественные организации — с функцией объединения украинцев не справились. Украинское общество — это общество аномии и депрессии с исчезающе малым уровнем доверия к власти и правоохранительной системе, это общество, которое оказалось заложником своего же разложившегося под воздействием олигархии государства. И в таком состоянии жители Украины могут пребывать очень долго, не представляя никакой угрозы для правящего класса».

ИА REGNUM