Январская пресс-конференция Петра Порошенко

«Монолог оптимиста-2: Порошенко проговорился, какую Украину он строит

Январская пресс-конференция Петра Порошенко показалась мне "монологом оптимиста – он тогда был полон оптимизма и надеялся на лучшее.  Последняя пресс-конференция президента выглядела как продолжение январского оптимизма – как будто "лучшее уже началось.

Политическая стабилизация 

Начал президент с создания новой коалиции и правительства: "ответственность победила популизм (…), и сегодня я могу с уверенностью сказать, что неукраинский по своему происхождению сценарий посеять в стране хаос и безвластие провалился.

Отмечу, что под заговором Путина (ну кто еще может продуцировать "неукраинские по своему происхождению планы?) имеются в виду парламентские выборы – более чем демократическая процедура, о необходимости которых речь идет с осени 2014 года. Но это частность. Еще Джаба Иоселиани в таких случаях говорил: "дэмократия – это вам не льобио кушат. И был таки прав.

Результат преодоления кризиса меня, если честно, не впечатлил. "Коалиция так и не смогла провести ни одного голосования, в котором бы показала, что в ней действительно есть 226 голосов. Технические коалиция для принятия отдельных законов сколачиваются унтер-парубийскими методами. Принять конституционные изменения удалось только благодаря поддержке "Оппоблока (и мы вряд ли узнаем, чего стоило президенту "прозрение Ахметова и Фирташа). Правительство по степени непрофессионализма соперничает с первым кабинетом Яценюка, а премьер пытается вести собственную политическую игру.

И, тем не менее, в чем-то президент прав – персонально он в качестве президента из затяжного политического кризиса, скорее всего, не вышел бы. И даже столь неустойчивая, с явными признаками "времянки, конструкция как сейчас – для него лучший вариант.

Реформы

Благодаря новой коалиции уже удалось провести ряд реформ.

Во-первых, был сделан важный шаг на пути реформы здравоохранения – принят новый закон о регистрации лекарств. Президент считает, что это повысит конкуренцию и позволит снизить цены.

Спорить не буду, хотя опыт как бы намекает, что пострадает, в первую очередь отечественный производитель (впрочем, продукция отечественных фармацевтов, из-за подорожания импортных компонентов давно уже вышла из категории общедоступных товаров).

Во-вторых, подписан закон об обязательном использовании системы "PROZZORO для госзакупок.

Опять же, ничего плохого в этом нет, хотя сама по себе система отнюдь не безупречна и имеет коррупционные лазейки.

В-третьих, США предоставили наконец-то кредитные гарантии на $ 1 млрд., который "будет добавлен к золотовалютным резервам для того, чтобы создать финансовую подушку реформ.

Отмечу, что кредитные гарантии – это еще не кредит. Впрочем, главное тут – позитивная оценка со стороны США проводимых в Украине реформ. В переводе на человеческий язык – "господин назначил меня любимой женой.

В-четвертых, подписан Стратегический оборонный бюллетень – дорожная карта реформирования сектора безопасности.

Это, кстати, очень важный момент (тем более, что вопросы безопасности – сфера ответственности президента). Порошенко, однако, от какой-либо конкретики воздержался. Что для него типично.

Экономика

Президент заявил о достижении макрофинансовой стабилизации, с гордостью подчеркнув, что достичь ее удалось "без участия наших партнеров из МВФ. А это позволяет "перейти от затягивания поясов Украинского народа к постепенному росту доходов украинцев. Все вроде чинно и благородно, но:

1) Президент может об этом и не знать, но выглядит эта самая "стабилизация довольно странно – при снижении курса доллара цены и тарифы продолжают расти. По-моему это не стабилизация, а вымывание золотовалютных резервов населения.

2) Знаете какой результат этой самой стабилизации? Соглашение с МВФ об очередных кредитах… Ну и получение от США кредитных гарантий. Т.е., мы без МВФ стабилизировали макрофинансовую ситуацию, чтобы привлечь кредиты МВФ, которые, по умолчанию, идут на… стабилизацию макрофинансовой ситуации.

Читайте также:  Украина-2041

Между тем, по сравнению с 2013 годом в 2015 расходы бюджета по обслуживанию внешнего долга выросли с 6,56% до 12,68% и с шестого места на третье. О том, какие огромные долги набрало правительство Азарова, вспоминают только совсем уж отмороженные на уровне января 2014 года комментаторы.

Впрочем, сам президент оказался еще более отмороженным, припомнив грехи не только Азарова, но и Тимошенко: "сейчас мы пожинаем плоды безответственной банковской политики, которая начинается еще с 2008 года, плоды кризиса и плоды войны, когда заемщики остались на оккупированных территориях и не способны обслуживать депозиты вкладчиков. Нет, все же Гонтарева вполне устраивает президента, и он не стесняется нести бред, чтобы ее защитить. Заемщики-то живут не только на "оккупированной территории и обслуживать долги не могут не из-за Путина, а из-за экономического кризиса (в частности, из-за обеспеченного нынешним вице-премьером Кубивым падения гривни).

Судебная реформа

Собственно, президент с полным основанием считает это главным своим достижением на настоящий момент. Тем более, что еще в январе он выражал надежду, что реформа эта будет принята до лета (погрешность невелика: 2 июня – самое начало). Вопросу судебной реформы была посвящена чуть ли не половина вступительного слова (5 тыс. знаков из 12-ти).

При этом президент почему-то забыл упомянуть, что вместе с судебной реформой была принята также реформа исполнительной службы, включая столь неоднозначную норму как введение частных исполнителей.

На самом деле, принятие судебной реформы – действительно успех президента.

Во-первых, ему удалось продемонстрировать Западу способность управлять процессом во имя принятия важных (для Запада) реформ.

Напомню, что помимо судебной реформы и реформы исполнительной службы был принят в первом чтении закон об Учреждении бизнес-омбудсмена. Закон совершенно бессмысленный (учреждение мыслится законодателем как неприбыльная общественная организация, которая сама будет выбирать, кого и как защищать; разумеется – делая выбор в пользу спонсоров), но – нужный МВФ.

Во-вторых, ему удалось переломить через колено парламент, заставив проголосовать за крайне неоднозначные законы (достаточно напомнить, что первым номером шел закон о судоустройстве, прямо противоречащий Конституции). Это дает шансы на то, что удастся протащить и "децентрализацию, разрушающую местное самоуправление и увеличивающую возможности президента.

В-третьих, созданы условия для того, чтобы переломить через колено же судебную систему. В ближайшие два года она будет находиться под эксклюзивным влиянием президента. Как отметил экс-министр юстиции Александр Лавринович – президент "получает неограниченные полномочия по тому, чтобы сформировать всю судебную систему так, как он хочет и с тем, кому он захочет доверить возможность утверждать судебные решения.

Потом, понятно, ее эффективность упадет из-за утраты профессионализма и коррумпированности. Но эта система, в комплекте с частными судебными исполнителями из числа ветеранов "Азова, "Айдара и прочих "шахтерсков, станет идеальными орудием для рейдерских захватов. Западные партнеры, конечно, будут немного удивлены и даже разочарованы, но польза от такого инструмента для президента-олигарха несомненна.

Впрочем, я бы за западных партнеров не беспокоился. Они, думается, совершенно не случайно навязывают принятие законов, не углубляясь в их содержание. Им важен не закон, а послушание. Если аборигены оказались достаточно тупы и зависимы, чтобы принять закон, то их удастся убедить в том, что выполнять надо не то, что принято, а то, что имелось в виду. Так что кто кого тут надурил – еще вопрос.

Деолигархизация

Президент привел в пример "Укрнафту, которая, благодаря законодательным изменениям, вернулась под контроль государства, но целомудренно не стал комментировать заявление главы "Нафтогаза Украины Андрея Коболева об утрате контроля над последним работающим украинским НПЗ в Кременчуге. По-моему, обмен "Укрнафты на "Укртатнафту в понятие деолигархизации не вписывается.

Да и вообще рассказы о том, что рынок газа стал прозрачен, вызывают стойкие ассоциации с временами, когда Виктор Ющенко и Юлия Тимошенко боролись с "вонючими и "непонятными газовыми схемами. Невероятно, но факт – чем "прозрачнее становится рынок, тем выше стоимость газа. Между тем, при всей "прозрачности так и остается непонятным, как формируется цена на газ и почему она растет на фоне падения цены нефти (кстати, сейчас, цена нефти пошла в рост, и что будет с газовыми тарифами страшно себе представить).

Читайте также:  Безвиз для Украины и кот Бегемот для мозгов

Зато понятно, что нереальная коммуналка в сумме с новой судебной и исполнительными системами поможет разрешить проблему вопиющей несправедливости, связанной с совершенно бесплатным получением миллионами украинцев советского жилья (кстати, это будет и актом глубокой декоммунизации). Ну и, заодно, решить проблему оптимизации численности населения.

Кстати, никакого оффшорного скандала не было. Было профессиональное журналистское расследование, а президентские оффшоры создавались исключительно для передачи бизнеса в доверительное управление.

Децентрализация

Президент высказал уверенность в том, что Рада примет изменения Конституции о децентрализации, хотя и не стал прогнозировать, когда это произойдет (в отличие от реформы судебной системы, которую он довольно точно спрогнозировал в январе).

Очевидно, вокруг этого вопроса идет серьезная подковерная борьба. Региональные элиты сопротивляются президентскому проекту децентрализации (от укрупнения районов, например, отказались еще летом прошлого года).

При этом, президент вполне определенно угрожает несогласным с его концепцией реформирования.

Он, например, ссылается на бюджетную децентрализацию (которая, кстати, в основном провалилась) и говорит – "если вы будете держать эти деньги на депозите, ожидая досрочных выборов для того, чтобы покупать на эти деньги местных бюджетов голоса избирателей – я буду на это реагировать.

Децентрализация, говорите? Да нет, это прямая апелляция к гражданам через голову местного самоуправления и региональных элит – я, дескать, спасу вас от беспредела так называемых местных советов, которые, якобы, имеют "деньги, права и ответственность.

Отреагировал он и на призывы ряда облсоветов к введению договорных отношений между ними и правительством: "никаких соглашений областных советов с президентом не будет. Они являются неконституционными. И, если бы у нас вступили в силу изменения в Конституцию в части децентрализации, такой областной совет прекратил бы свое существование. А ведь речь идет именно о призыве (в форме обращения) к децентрализации, причем со стороны облсоветов вполне лояльных.

В общем, версию хитрого плана Порошенко (как я предполагал, он мог подсунуть договорные отношения вместо конституционных изменений как выполнение Минска можно отбросить. Речь по-прежнему идет о борьбе с местным и региональным с самоуправлением, которое надеется сохранить статус-кво.

О Донбассе

Тут речь президента была полна недомолвок и неясностей.

С одной стороны, он констатировал, что прогресс "почти нулевой. С другой, "мы имеем серьезный дипломатический успех в деле направления в зону АТО вооруженной полицейской миссии ОБСЕ.

Это при том, что Россия в принципе отрицает согласование этой позиции, а западные партнеры указывают на сложность реализации (направление миссии должно быть согласовано со всеми странами – членами ОБСЕ).

При этом он демонстрирует "твердые основания для сдержанного оптимизма и даже не исключает, что процесс завершится в 2016 году, хотя идет он медленно.

Заметно и некоторое смягчение позиции президента – он уже не настаивает на безусловном украинском контроле над госграницей для проведения выборов и согласен на контроль со стороны миссии ОБСЕ.

О Крыме

Президент повторил, что Украина никогда не признает крымский референдум и подтвердил намерение на конституционном уровне закрепить крымско-татарскую автономию (кстати, в выступлении президента слово "крымско-татарский пишется слитно, как делают сами крымылы, стремясь показать, что они не татары, а именно коренное население Крыма). "Все боялись крымских татар. (…) Не тех боялись. Надо больше доверять крымскотатрскому народу – форпосту украинскости в Крыму.

На самом деле никто особенно крымских татар не боялся. Все отлично понимали, что руководство Меджлиса отнюдь не стремиться к самостоятельности. Его функция – перераспределение средств, направляемых Киевом на обустройство репатриантов.

Читайте также:  Постмодернистская философия Порошенко

Боялись сепаратизма плод националистическими лозунгами. Ведь признать Декларацию суверенитета крымско-татарского народа (принятую в 1991 году), означает признать право на национальный суверенитет для закарпатских венгров, буковинских румын и, что совсем ужасно, крымских русских.

Сейчас Киев этого не боится, поскольку суверенитет крымчан реализован помимо его воли, а остальные скреплены кровью, пролитой в Киеве и на Донбассе, и пропагандой, обосновавшей, почему эту кровь надо было проливать.

Кстати, никаким особым "форпостом украинскости татары не являлись. Скорее наоборот – угроза создания автономии вызывала раздражение большинства крымчан, четко выделяла татарскую общину (эффект враждебного окружения использовался Меджлисом для сохранения контроля) и вызывал раздражение позицией Киева, делавшей ставку только на часть крымчан.

О безвизовом режиме

Президент по-прежнему уверен, что безвизовый режим дадут летом. Или в сентябре. В общем – в этом году. Наверное.

Никаких сигналов о том, что Запад не очень-то хочет его предоставлять, он не видит и не слышит. "Дискуссия идет относительно только одного пункта – разработки механизма приостановки безвизового режима не Европейским Советом, а Еврокомиссией.

Нидерландский же референдум – пустая формальность, считаться с которой никто не будет. Потому что – демократия.

Расширяя и углубляя сказанное президентом, глава СБУ Грицак объявил, что его службе удалось сорвать 12 терактов во Франции. С намеком – был бы безвизовый режим, сорвали бы втрое больше…

Что не было сказано

Могу только привести цитату из собственной январской статьи:

"Во-первых, президент ничего не говорил об экономической конкретике. Никаких определенных цифр не прозвучало, хотя они напрашивались и во время критики Кабмина, и во время восхваления Гонтаревой, и в других случаях. Вероятно потому, что использование конкретных экономических данных серьезно повлияло бы на приоритеты президента.

Во-вторых, президент ничего не говорил о социальной сфере вообще и тарифах на услуги ЖКХ в частности. Между тем, проблема роста цен и падения курса гривны (НБУ тут не причем, как мы помним) занимают, по данным социологов (ноябрьский опрос группы "Рейтинг"), первое и третье места среди основных проблем людей.

В-третьих, он ничего не говорил о вопросах безопасности в широком смысле, включая преступность, природные и техногенные катастрофы. Они, правда, людей не особенно заботят, зато относятся к непосредственным обязанностям президента.

В-четвертых, президент не собирался говорить и о деолигархизации, но его вынудили обратиться к этой теме вопросам (в частности, о продаже бизнеса, чего не наблюдается).

В-пятых, президент не говорил о реформах государственного управления и о том, насколько они были эффективны в этом году. Хотя вопрос, опять-таки, напрашивался.

Позитивные тенденции все же есть. Он намекнул, что таки занимается вопросами безопасности, что ему небезразличен уровень цен (по крайней мере – на лекарства), много сказал о деолигархизации (но, опять же, не по своей инициативе, хотя к ответу был готов).

Резюме

Самое существенное отличие от январской пресс-конференции состояло в том, что тогда центральной темой была война, сейчас – реформирование.

Вообще же у президента есть все основания быть довольным собой. Он успешно строит централизованную систему власти с видимостью осуществления демократических процедур ("демократуру") и, одновременно, выполнять требования Запада. Образцом для него, по-видимому, является Россия (так, как ее представляют киевские пропагандисты, последний раз бывшие в реальной России никогда).

Однако, даже в этой перекошенной системе координат, Россия все же имеет какой-то суверенитет и может противостоять Западу. Украина же никакого суверенитета не имеет. Поэтому судьба "непослушного руководителя предрешена.