Порошенко

Генпрокурор и ГПУ — на ручнике у Порошенко

С того момента, как США начали требовать снять Генпрокурора Шокина, обсуждаются различные кандидатуры на пост главы прокуратуры. В частности, обсуждается кандидатура Юрия Луценко.

В последнее время прикладной характер приобрело обсуждение кандидатуры Юрия Луценко на пост Генпрокурора. Под него даже написан законопроект, которым частично снимаются квалификационные требования для занятия поста Генерального прокурора.

Президент и Генпрокурор

Президенту Украины вообще Генпрокурор очень важен. В соответствии с изначальной версией конституционных изменений 2004 года президент, фактически, должен был представлять собой контрольную инстанцию, которая компенсировала бы неадекватные действия парламента и формируемого им правительства. Во время принятия конституционных изменений изначальный смысл был искажен – Ющенко вытребовал себе право назначать глав местных администраций, в результате чего пост приобрел заметную административную составляющую. В 2014 году это искажение, естественно, исправлено не было. Т.о., прокуратура стала определенным силовым ресурсом президента (назначает и смещает Генпрокурора именно президент – с согласия Рады) в противостоянии с премьером, возглавляющим исполнительную власть.

Безусловно, сейчас реальная весомость поста Генпрокурора снизилась. Прокуратура утратила функцию общего надзора и, в дальнейшем, сохранит только функцию поддержки гособвинения, а также организации и надзора над следствием. Но даже тогда прокуратура сохраняет контроль над остальными правоохранительными органами, включая МВД, СБУ, бюро расследований и целый выводок антикоррупционных структур. Удивительно ли, что в предложенном президентом проекте конституционных изменений его контроль над прокуратурой еще более усилен – убрана норма действующей Конституции, согласно которой Рада может вынудить президента отправить Генпрокурора в отставку, выразив ему недоверие.

Соответственно, конкретного для Петра Порошенко прокуратура является, в первую очередь, инструментом, который позволяет противостоять/контролировать премьера и правоохранительные органы. Особенно это актуально было на протяжении последних двух лет (и продолжает оставаться сейчас), когда СБУ, фактически, вообще выпала из структуры украинских правоохранительных органов, став филиалом иностранной спецслужбы, а МВД возглавляет представитель оппонирующей президенту партии.

Читайте также:  Вперед по дорожке Кокса, или 52 ножа в спину Верховной Раде

Выбор президента

Виктор Шокин был для Порошенко идеальным выбором. С этим человеком его связывали многолетние отношения, кумовство. По признанию Игоря Коломойского Шокин даже возглавлял службу безопасности Порошенко. Его уход был сильным ударом для президента.

Второй вызов для президента – попытки реформировать прокуратуру, что приведет к ее нефункциональности и, фактически, выведет ее из-под контроля президента. Шокин совершенно не напрасно потратил столько усилий для разгрома группы реформаторов и устранения ее лидеров – Касько и Сакварелидзе. Правда, остается еще начальник управления спецрасследований Сергей Горбатюк, на которого делают ставку «еврооптимисты». Но его вес несравнимо ниже.

Есть два заместителя Шокина – Юрий Севрук (сейчас – и.о. Генпрокурора) и Юрий Столярчук. Оба представляют группу бывшего Генпрокурора и будут сопротивляться реформированию Генпрокуратуры. Но они не имеют личных обязательств перед Порошенко. При них ГПУ будет больше государством в государстве, чем безотказным инструментом в руках президента.

Несколько непонятным является статус главного военного прокурора Анатолия Матиоса. Очевидно, что в последнее время вес военной прокуратуры существенно вырос, она берется за резонансные дела, которые, к ее ведомству, вроде бы и не относятся (убийство адвоката Грабовского). В этой связи Матиос активно пиарится в СМИ и даже позволяет себе выступать вразрез линии официальной пропаганды (в деле Савченко, например). В то же время, его кандидатура, почему-то, не рассматривается, хотя трудно представить, чтобы у него не было таких амбиций. К тому же его сестра, писательница Мария Матиос, – народный депутат от БПП (правда, относится она к группе Кличко и вообще, кажется, сейчас не в авторитете).

Отсюда – идея десантировать в ГПУ политического деятеля, который бы полноценно представлял в ГПУ интересы президента. Однако, достаточно надежного сторонника президента, соответствующего квалификационным требованиям главы прокуратуры, не нашлось. Обсуждались кандидатуры главы Донецкой военно-гражданской администрации Павла Жебривского и главы парламентской фракции БПП Юрия Луценко.

Читайте также:  Хитрости и ловушки Минска для Порошенко и "партии войны"

Последний в прошлом возглавлял МВД, имел амбиции занять пост Генпрокурора, но не имеет ни образования, ни опыта работы, зато имеет опыт пребывания в тюрьме.

Достоинства и недостатки

Честно говоря, ни я, ни бывшие и нынешние сотрудники прокуратуры, с которыми я обсуждал эту тему, никаких достоинств у Луценко как кандидата в Генпрокуроры, не нашли.

С чисто политической точки зрения Луценко, безусловно, человек Порошенко, но это состояние временное. Луценко – политический тяжеловес, но, все же, он всегда выступал в качестве ведомого. Ведущими у него были Мороз, Ющенко, Тимошенко, сейчас – Порошенко. Пока действующий президент устраивает Луценко в качестве ведущего. Но что будет завтра? Впрочем, как бы ни была коротка кадровая скамейка Порошенко, Луценко, все же, не тот капитал, которым стоит разбрасываться и оскорблять его недоверием.

К тому же, Луценко именно политик и неминуемо попытается направить деятельность прокуратуры на политические рельсы. Как точно высказался кто-то из аналитиков, Генеральная Прокуратура Украины при нем может превратиться в Государственное Политическое Управление. А это будет замечено и создаст президенту массу проблем, как во внутренней, так и, особенно, во внешней политике.

С точки зрения профессиональной, квалификационные требования к главе ГПУ столь строги вовсе не случайно. Некомпетентный Генпрокурор не сможет ни дать поручения своим подчиненным, ни проконтролировать их исполнение. Учитывая, что он не имеет поддержки в прокурорской корпорации, его будут банальным образом дурить и подставлять.

Собственно, мы это уже наблюдали в то время, когда Луценко возглавлял МВД, а Наливайченко – СБУ. Причем, надо отдать должное коммуникабельности и обаянию Луценко – ему все же удалось найти общий язык с милицейским генералитетом. По крайней мере, над ним не издевались столь изощренно, как над Наливайченко (два инцидента, когда у главы СБУ похитили кошелек, причем эти случаи стали достоянием СМИ, вряд ли можно считать случайностью).

Что делать?

Собственно, у политического назначенца на посту Генпрокурора может быть три варианта поведения на посту.

Первый: оставить все как есть, и пытаться найти общий язык с прокурорской корпорацией, осуществляя только общий политический надзор над ней. Собственно, в этом случае он там и не нужен. Вряд ли у него будет больше возможностей для контроля, чем у профильных структур в АП, КМ и ВР.

Читайте также:  Свято наближається. Петр Алексеевич начал праздновать и говорить

Второй: провести селфи-реформу по образцу МВД. Таким образом, можно будет сломить сопротивление корпорации (но можно и не сломить), однако последствия будут такими же, как в случае с полицией. Т.е., полная нефункциональность. Мы очень быстро придем к тому, что даже те 10% дел, которые худо-бедно раскрываются правоохранителями, будут проваливаться в судах некомпетентными прокурорами. И им останется жечь суды и убивать адвокатов (что мы, собственно, уже наблюдаем на примере дела Ерофеева и Александрова). Самое главное, что о действенном контроле над МВД, например, можно забыть.

Третий: попытаться составить дуэт между политическим назначенцем и профессиональным первым зампредом. Честно говоря, сама по себе такая возможность выглядит натянутой и неубедительной (психологическую совместимость еще никто не отменял), а, самое главное, президенту придется влезть в борьбу партий внутри прокуратуры (вместо того, чтобы возложить эту функцию на самого Генпрокурора), чтобы назначить нужного первого зама. Однако, этот вариант, по-видимому, остается единственным реальным для президента.