меджлис, Крым

Почему возможности меджлиса по дестабилизации в Крыму ограничены

4-5 июля в Геническе Херсонской области состоялось выездное заседание крымско-татарского меджлиса. За пределами полуострова мероприятие пришлось провести для того, чтобы обеспечить присутствие Мустафы Джемилева, которому запрещен въезд на территорию России. Кстати, после заседания не смог вернуться в Крым и второй в меджлисовском движении — Рефат Чубаров. Он, почему-то, несерьезно отнесся к предупреждению об экстремистской деятельности…

В ходе заседания Джемилев в очередной раз заявил, что крымско-татарский народ должен создать свою национально-территориальную автономию в составе Украины. Что очень хорошо согласуется с обещанием нового министра обороны Украины провести парад победы в «украинском Севастополе» (странно, но в Верховной Раде все еще не зарегистрирован проект переименования какого-то из городов Галичины в Севастополь).

Выглядит все это очень грозно и многие уважаемые эксперты (и ладно было Березовец, но даже и россияне) начали писать о развязывании гражданской войны в Крыму силами татар и даже о некой «военной авантюре» Украины, поддержанной ЕС и США. На военные темы я стараюсь не писать, но вот в Крыму и Севастополе периодически работал на протяжении 16-ти лет, в частности, участвовал в уникальных проектах, посвященных изучению крымылской общины и ее политических органов.

Укажу несколько важных моментов, которые ограничивают возможности использования меджлиса для дестабилизации обстановки в Крыму.

Во-первых, тема создания в Крыму национальной автономии крымских татар – одна из немногих, которые являются объединяющими для нетатарского населения Крыма. По данным различных исследований против такой перспективы выступало свыше 90% крымчан, не являющихся татарами. Сейчас, за счет возвращения «профессиональных украинцев» на историческую родину, пожалуй, даже и больше. Отмечу, что до 2013 года доля крымчан, выступающих за воссоединение с Россией, была значительно меньше…

Читайте также:  Снова Порошенко и короткий шаг от "гидности" до еще большего цинизма

Кстати, подобные же настроения (которые, правда, рациональнее считать антитатарскими, чем антиавтономными) есть и на территории материковой Украины. Например, Геническ был избран местом для проведения заседания меджлиса потому, что у татар тут есть админресурс – районный совет возглавляет крымыл Сейтумер Немитуллаев. Раньше он возглавлял районную администрацию и был «смотрящим» в районе от одной из групп «донецких». Возмущение местного населения против его методов управления было столь велико, что привело к акциям протеста в небольшом провинциальном городке… Чем думали представители меджлиса при выборе места заседания я, право, не знаю. Впрочем, они живут в своей вселенной, где нетатар просто не существует, или же они представляют собой инертную, на все согласную массу.

Во-вторых, не так все однозначно и в среде самих крымских татар.

Меджлис — не единственная крымско-татарская организация, и она контролирует далеко не всех татар. Хотя она, безусловно, наиболее массовая и структурированная, и именно поэтому украинские и крымские власти всегда стремились устанавливать отношения именно с меджлисом.

Сами крымские татары довольно неоднозначно относятся к идеологии меджлиса. На словах они поддерживают лидеров меджлиса, но на практике по каждому из идеологических вопросов татары занимают очень разные позиции, совершенно не обязательно совпадающие с политикой меджлиса.

В конце концов, татарам проще договориться и поторговаться, чем воевать (в этом отношении они, правда, мало чем отличаются от большинства людей). Кстати, пресловутые самозахваты крымской земли всегда осуществлялись с согласия крымских властей. Еще в начале 90-х тогдашняя крымская администрация использовала факт самозахватов для давления на Киев, позже некоторые крымские политики таким образом расплачивались за поддержку на выборах, ну а Киев расплачивался за «патриотическую» (антирусскую и антикрымскую) позицию татар…

Читайте также:  Украина готовится усилить борьбу с неугодными законом о гражданстве

Самый сложный вопрос в отношениях с меджлисом состоит в том, что по самоопределению меджлис – представительский орган, этнический парламент (потому и не регистрируется как общественная организация). Фактически речь идет о существовании в Крыму теневой этнической государственности. Украина, для которой характерна крайняя слабость государственных институтов, не то, чтобы это терпела, но и не могла как-то воспрепятствовать существованию параллельной власти. Российская же власть выбора не имеет – проблему политической интеграции татар в крымское общество нужно решить.

НАВИГАТОР