Дмитрий Верхотуров, Виктор Суворов врет!

О пользе знания экономической истории (рецензия на книгу Дмитрия Верхотурова «Виктор Суворов врет!»)

Несколько упрощая можно сказать, что в российской историографии еще с позапрошлого века присутствуют две традиции, условно говоря – соловьевская и ключевская.

Первая, восходящая к летописцам, была ориентирована на изучение политической и юридической истории. Вторая же, опираясь на актовый материал, изучала, прежде всего, историю экономических отношений.

В советский период как бы сам Маркс велел изучать, прежде всего, наследие Ключевского и изучать становление производительных сил и производственных отношений. Однако, как ни странно, тут вмешался идеологический фактор. Мало того, что в экономической истории требовалось постоянно демонстрировать ухудшение положение народных масс (меня еще в школе удивляло, что оно ухудшается от периода к периоду – по этой логике трудящие должны были вымереть еще при рабовладельческом слое), что вступало в некоторое противоречие с принципом объективности (пусть даже и классовой). Важную роль приобретал субъективный фактор – наличие революционной партии, и ее вождя, без которых никакой революции быть не может. Даже при наличии соответствующих сил и отношений.

Ну а «разоблачение сталинизма» еще более подтолкнуло историческую науку в субъективную сферу. Проявлением этого стал и Виктор Суворов, явно не пытавшийся задумываться над экономическими аспектами своих творений.

Дмитрий Верхотуров совершенно сознательно и целенаправленно направился именно в сферу экономики, опираясь на источники 1930-40-х годов. Не скажу, что для меня экономическая история была совсем уж тайной за семью печатями, но в этой книге я вычитал много нового и интересного.

Например, я совершенно точно помню, что после большого кризиса 1933 года последовала длительная депрессия, преодолеть которую удалось только военными заказами (до невоенных заказов мозги лидеров западных демократий видимо не доросли). Оказывается, нет! В 1937 году последовала вторая волна кризиса, о которой в советской литературе писали мало.

Читайте также:  Гитлер, Порошенко и "кормление крокодила": невыученные уроки истории

Наибольшее же впечатление произвело на меня описание причин голода 1933 года.

Пожалуй, мало кому из специалистов по Голодомору, а равно и их оппонентов, о чем-то говорят фамилии Кэмпбелла, Конара, Вольфа и Коварского. Хотя нет. Американский зернопромышленник Кэмпбелл фигурировал, кажется, даже в советском школьном учебники истории. Смотреть современные учебники не буду – на 90% уверен в том, что его там нет. Не говоря уже о трех других – советских гражданах.

Причина состоит в том, что именно кэмпбелловская методика была положена в основу советского колхозного зернового хозяйства. Сам Кэмпбелл приезжал в Москву и встречался со Сталиным. Именно массовое использование американского опыта без учета его недостатков и местной специфики привело к чудовищному неурожаю. Конар, Вольф и Коварский, отвечавшие за внедрение кэмпбелловской методики, пополнили списки «незаконно репрессированных», а сейчас упоминать использование американского опыта при создании советских зерновых хозяйств даже как-то неудобно: ведь США дают нам все самое лучшее – доллары, джинсы и демократию…

Недостатки книги Верхотурова происходят из ее достоинств – автор старается по возможности обходить субъективный фактор, особенно если он не говорит в пользу Советской Власти.

В случае с тем же голодом 1933 года он старательно обходит тему повальной коллективизации и «головокружения от успехов», лишь в одном месте оговариваясь о «перегибах на местах» (конкретно – в случае с завышенными планами колхозного строительства и производства зерна в Казахстане). А ведь не будь повальной коллективизации (которую руководство страны вполне могло предотвратить), но и масштаб голода был бы меньший.

Точно так же, рассказывая о земельных реформах на присоединенных в 1939 году территориях, Верхотуров превозносит огромные наделы земли, полученные ранее безземельными и малоземельными крестьянами, но забывает, что вслед за популярными реформами пошли непопулярные – та же самая повальная коллективизация, которая крестьянством зачастую воспринималась как изъятие только что подаренной земли…

Читайте также:  Страничка истории. Как превратить поражение в победу

Кстати, а причем тут Суворов?

Автор пишет, что концепция Суворова основана на нескольких моментах, которые он в своей книге блестяще опроверг. Моменты эти следующие: 1) коллективизация и индустриализация проводились Сталиным ради оружия; 2) Сталин совершило агрессию в предвоенный период, и готовился напасть на Германию; 3) германская промышленность работала в режиме мирного времени; 4) Гитлер боялся сталинской угрозы румынской нефти; 5) Сталин захватил богатые страны и поработил их.

Все эти концепты у Суворова есть и Верхотуров их действительно разоблачает. Но я совершенно не уверен, что это хоть как-то отразится на устойчивости суворовщины, поскольку рациональные аргументы в этом случае не слишком действенны.

Концепция Суворова на самом деле зиждется на иррациональной убежденности в извечной агрессивности России, стремящейся испокон веков поработить Европу. Особенно же эта агрессивность усилилась после прихода к власти коммунистов, у которых завоевание мирового господства в программе прописано.

Кстати, опровергнуть упомянутую коммунистическую агрессивность, опираясь на труды классиков тоже непросто. Маркс в свое время прогнозировал десятилетия гражданских войн. А если учесть следы в трудах Маркса и Энгельса архаических представлений об «исторических» и «неисторических» народах, то я бы не поручился, что они исключали ведение агрессивных войн передовыми нациями, осененными идеями коммунизма…

Другое дело, что к объективной исторической реальности это все имеет мало отношения – ничего особенно коммунистического во внешней политике СССР (равно как сейчас КНР) не было. Риторика – была. Была поддержка коммунистических партий и рабочих движений (ничего общего с поддержкой «гражданского общества» со стороны ЕС и США не видите?). А в целом – обычная политика, направленная на защиту своих национальных интересов. Даже традиционное миролюбие советских правительств вполне можно объяснить без привлечения идеологического аппарата – экономической и технологической отсталостью, которая, в свою очередь, объясняется вовсе не властью КПСС, а состоянием соревнования со всем остальным миром. При худших, кстати, стартовых позициях.

Читайте также:  Невский

В целом книга получилась крайне интересная и познавательная, хотя и не без перекосов. Но, увы, главную свою цель автор не выполнил – «Ледокол» ему потопить не удалось. И то сказать, ереси редко уничтожались в научных дискуссиях…

Leave a Reply