оккупация

Кого боялись в годы оккупации

В последнее время в украинских «патриотических», и в российских «либеральных» СМИ много рассуждают на тему о том, как славно было в годы оккупации и какие милые были, в сущности, люди – немцы.

Я, честно говоря, специальными исследованиями в этом направлении не занимался, но слышал очень много рассказов о военных годах. Что-то из них осталось в несистематизированных записях, что-то добавилось само – по мере изучения истории.

О немцах воспоминания, действительно, не слишком негативные. В них больше удивления от контакта с представителями другой культуры, чем реальной боязни.

С другой стороны, а кто такие эти самые немецкие солдаты? Простые крестьяне, которым не посчастливилось попасть в Имперское сословие продовольствия и которые лишились даже права на землю (землю и рабов им обещали на Востоке – в Генерал-губернаторстве и на Украине). Рабочие гражданских заводов, разорившихся во время второй волны кризиса в 1937 году, или просто закрытых за ненадобностью (то, что перед войной промышленность Германии работала в режиме мирного времени, мягко говоря, неправда). Лавочники, не выдержавшие конкуренции со стороны торговых сетей, кризиса и всеобщей распределиловки. Обычные, в общем, люди. Были среди них, конечно, и моральные уроды, но не чаще, чем в среднем по социуму.

С офицерами сложнее, но они, скорее, считали себя не ровней солдатам, а уж местные жители для них и вовсе были третий сорт. Но и из этого никаких особых зверств не проистекало.

Другое дело, эсесовцы и гестаповцы, но с этими категориями население оккупированных территорий, как правило, не сталкивалось. Несколько чаще приходилось контактировать с полевой жандармерией. Но она, опять же, занималась своими полевыми и жандармскими функциями, мало отражавшимися на жизни большинства людей. За исключением случаев, когда они по горячим следам попадали в число заложников.

Читайте также:  Как крепчают наказанные. К 37-летию санкций против Ирана

Впрочем, если почитать воспоминания Жак-Ива Кусто, легко можно установить, что слово «культура» делало вежливым и предупредительным самого свирепого эсесовца. Это при том, что слово звучало от расово неполноценного француза в адрес однопартийца группенфюрера СС Ганса Йоста, хватавшегося за пистолет при этом слове… А вот отношение к итальянцам у Кусто совсем другое.

Итальянцев в наших краях было немного, а вот румыны оставили о себе не лучшую славу. Моя знакомая пережила оккупацию в Одессе. К немцам ее отношение было скорее позитивное, а вот к румынам… Если при немцах был хоть жестокий, но порядок. То при румынах – жестокость без порядка. Это на заметку к тем, кто по инерции издевается над фразой о том, что «при Сталине был порядок». Люди умели сравнить сталинское «людоедство» с хрущевским «либерализмом».

Моей знакомой повезло – ее отец был учителем. Сплошь неграмотные румынские солдаты относились к «пану професОру» с большим уважением, а офицеры считали чуть ли не ровней себе. Опять же, к украинцам румыны относились нормально, русских побаивались, евреев не любили, а молдаван вообще за людей не считали – использование их в качестве вьючных или ездовых животных было, кажется, нормой…

Честно говоря, сейчас, когда я вспоминаю эти рассказы, мне откровенно жаль нынешних Ионов, не помнящих родства, и вообразивших себя «румынами». Они-то могут забыть, что они молдаване. Но забудут ли это такие добрые сейчас румыны?

Крымчанам повезло меньше. Немцев они видели мало – те, в основном, были на фронте, или на отдыхе. Последних было мало – в отпуск предпочитали ездить в Фатерлянд. Румыны, как ни странно, тоже отметились больше как солдаты, пусть и не знающие, с какой стороны ружье стреляет (помню, смеялся, услышав это сравнение).

Читайте также:  Гитлер, Порошенко и "кормление крокодила": невыученные уроки истории

Все ужасы оккупационного режима были связаны для крымчан с крымскими татарами, которые, в основном, осуществляли полицейские функции. Все почти пытки, расстрелы и бессудные убийства народная молва относила на их счет (даже в тех случаях, когда татары, совершенно достоверно, были не причем). Татары, конечно, тоже были разные. Иные хлебом делились, а иные и евреев у себя укрывали. Но в целом отношение к ним было не плохое, а очень плохое. И советская пропаганда тут не причем – сами наследили…

Кстати, а вот за что пострадали крымские греки, мне и самому не очень понятно. Никаких зверств за ними замечено не было. Просто после начала оккупации они как-то совершенно естественно захватили почти всю сферу торговли и мелкого бизнеса. Кажется даже без особого содействия немцев (тем вообще было наплевать). А татары и тут отличились – горели и греческие села. Скорее всего, плохое отношение к грекам в Крыму имело основания чисто классовые – на вдруг разбогатевших (условно разбогатевших – на фоне нищеты) греков смотрели как на угнетателей.

А вот в Ромнах Сумской области воспоминаний о Гудериане и жестоких боях 1941 года, когда советские войска пытались деблокировать окруженный в Киевском котле Юго-Западный фронт, почти не осталось.

Зато оставила о себе худую память находившаяся в городе охранная часть, состоявшая из «украинцев, но не наших». По-украински они говорили с акцентом, но между собой общались на едва понятном наречии, с характерным, как заметили люди, «повизгиванием» в конце слов.

Этим удальцам ничего не стоило просто так, абы показать свою казацкую удаль, рубануть шашкой бегущего по улице шестилетнего мальчишку… Показать оную удаль по более серьезному поводу они постеснялись – не смотря на приказ немецкой комендатуры галицкие «казаки» бежали из города задолго до приближения наступающей Красной Армии…

Читайте также:  Орест Субтельный: канадский мечтатель

Так что что-то мне подсказывает, что рассказы об исключительном героизме воинов дивизии СС «Галиция» были несколько преувеличены. Они бы, наверное, и бросились про крыивкам при первых залпах советской артиллерии, но вот угораздило их попасть в котел, откуда до крыивок было не добраться.

Видать плохо слушали своих дедов и родителей те роменчане, которые понавыбирали идейных последышей этих садистов в горсовет.

А вообще боялись, в основном, своих же – полицаев да старост. До сих пор в украинских селах «полицай» – ругательное. Уже скоро 70 лет, как война закончилась, самого полицая советская власть давно простила, и участком в частном секторе в Днепропетровске владеют его внуки, но соседи все равно их «полицаями» называют. О чем думали люди, предлагавшие переименовать милицию в полицию, я даже затрудняюсь представить.

Хотя, конечно, полицаи и старосты были разные. Иных жители и Советской Власти после освобождения в обиду не давали – в благодарность за достойное поведение в году оккупации. И хоть членами сельсовета они потом и не становились, но и в Сибирь не отправлялись, и уважаемыми людьми оставались. А кое кто из них с партизанами сотрудничал и подпольщиков покрывал.

Выводов делать не буду. Но что-то мне подсказывает, что расписывают достоинства немецкой оккупации люди, у которых что-то с совестью не чисто…

  • Рекомендуем посетить ВИЛ аукцион, только там можно купить эксклюзивный антиквариат.

  • Магазин флористики flowerstyle.ru предлагает создание букетов цветов и их доставку.

  • світ би цього не зніс, якби ще один продажний політтехнолог не поділився з ним своїми думками про війну.

  • Про татар слышал аналогичное мнение буквально неделю назад. От внука по рассказам бабушки. Причем немцы сами подсказывали переселенцам-русским, что мол в это село не стоит ехать. Вон будет другая машина- лучше туда, там румыны- с ними мол будет проще.так же бытует устойчивое мнение, что абсолютное большинство партизанских отрядов было сдано именно татарами. И закладки продуктов так же были сначала заложены, а потом разворованы ими же. Как-то так…

  • Владимир

    Все почти пытки, расстрелы и бессудные убийства народная молва относила на их счет (даже в тех случаях, когда татары, совершенно достоверно, были не причем). Татары, конечно, тоже были разные… сами наследили…
    И обосрал и поправился и… снова обосрал — политтехнолог, одно слово!) А оценить за что татары так ненавидели красных?